Колобок хлопнул себя по лбу и как безумный понесся в свою комнату. Загрохотало, словно в его комнате обрушилась вся мебель.
Он вернулся, громко топая. В руках его лежали три книги. «Собрался куда-то идти?» – озадачилась Злата.
Колобок веером рассыпал книги на столе:
– Книги скажут, что делать.
Он раскрыл толстую книгу в черном кожаном переплете. Самая маленькая стрекоза уютно устроилась у него на макушке.
Злата встала позади него.
Колобок долго молчал, перелистывая белые страницы. Древнийка прикрыла глаза. Со стороны могло показаться, что она задремала, но Злата знала, что она не спит: слишком частым было ее дыхание.
Колобок громко чихнул. Злата вздрогнула, а маленькая стрекоза испуганно взлетела. Старая Альва даже не пошевелилась.
Колобок покосился на нее, и стрекоза вновь приземлилась на его голову, на этот раз над самым лбом. Колобок обратил взгляд на книгу и спросил:
– Скажи, в чем слабость высшего асама?
Злата задержала дыхание. Старая Альва открыла глаза. Все трое напряженно ждали. Даже стрекозы перестали шуршать крылышками. Мерно тикали часы на стене, секундная стрелка торопливо бежала по кругу.
Страницы белели, как свежевыпавший снег, ни одной черточки или палочки, даже точки не было видно.
Злата потерла пальцами затекшую шею. Колобок быстрым движением взъерошил волосы на лбу, чуть не задев маленькую стрекозу. Она увернулась от его пальцев, вспорхнула и пересела на уголок стенных часов. Старая Альва оставалась неподвижной, словно являлась не живым существом, а окаменевшей статуей.
Колобок нетерпеливо заерзал на стуле, но страницы оставались все такими же белыми. Он рассердился и хлопнул ладонью по столу:
– Я обязан Оксане жизнью. Если вы не скажете, как ей помочь, то будете лежать на полке до конца моей жизни. Так и знайте – я вас больше в руки не возьму!
Он надул щеки и отвернулся. На страницах замелькали отдельные буквы; кружочки и палочки сложились в слова. Злата дернула Колобка за рукав, и он прочитал:
– «Идите к норнийкам, они знают».
Он озадаченно обернулся к Старой Альве:
– К норнийкам? Но это опасно, они на нижнем уровне!
– Смотрите, – воскликнула Злата, радуясь, что с тех пор, как она поселилась в замке высшего асама, выучила не только альвийский язык, но и язык высших эльфов, – появилась новая надпись. «Пусть поможет древнийка». Что это значит?
Злата вопросительно уставилась на Старую Альву.
– Мне нельзя спускаться на нижний уровень, – тихо ответила она, – иначе нарушится равновесие, и пагуба хлынет на верхние этажи.
– Что же делать? – помрачнел Колобок.
– Утром я отвечу.
– Ты будешь колдовать? – Колобок мотнул головой в сторону печи, на которой стояла чаша с субстанцией.
– Я буду разговаривать с ветром и со звездами, – серьезно ответила древнийка.
– А я пока подготовлюсь к дороге, – сказал Колобок и потопал в свою комнату. Снова загрохотало. Злата и Старая Альва переглянулись. Древнийка покачала головой, а Злата пожала плечами.
Глава 23
В неглубоком овраге журчал ручеек. Он петлял между склонившихся над ним гибких ветвей, подмывал корни растущих кустарников. Густые заросли кустов мешали спуститься к воде, но за небольшим поворотом тянулась песчаная отмель. На ней лежали несколько крупных, с половину человеческого роста, валунов.
У одного из них, с ровной, словно отполированной поверхностью, стояли Злата и Старая Альва. Они молчаливо наблюдали, как по поверхности воды плыли, подпрыгивая и раскручиваясь на перекатах, травинки, листочки и мелкие веточки. Шаловливый ветер путал волосы и задирал края одежды.
– Я должна вернуться к замку высшего асама. – Хмуро сказала Злата.
Старая Альва покачала головой:
– Это невозможно. Тебя схватят и бросят в тюрьму.
– Я буду осторожной.
– Не получится, – возразила древнийка, глядя, как пытается выбраться из воды упавший в нее жук. Он не успел – его проглотила рыба с красноватым ртом.