– Фу, ну и запах!
Злата погрозила ему кулаком и двинулась дальше. В ботинке противно зачавкало, мокрая штанина прилипла к телу, а запах мог свести с ума кого угодно.
Новый пузырь всплыл на поверхность. Он медленно двигался за Златой, словно следил за ней. Она могла бы поклясться, что в нем мелькал зрачок. Пузырь вел себя, как живое существо.
Из-под ног неожиданно выскочила крупная зеленовато-бурая лягушка и прыгнула со ствола в болото. Пузырь словно того и ждал. Он лопнул как раз под ней, всосав ее в себя с такой же жадностью, как пылесос пылинку. Лягушка дрыгала лапами и бессильно разевала рот, но пузырь безжалостно проглотил ее, выплюнув через несколько секунд пустую шкурку.
Следующей жертвой пузыря стала птица чуть крупнее воробья. Непонятно как оказавшаяся здесь пичуга перелетала через болото, но не перелетела. Пузырь лопнул под ней и всосал в себя так же, как лягушку. Пичуга жалобно пискнула и исчезла в ненасытной утробе. В этот раз пузырь съел все до последнего перышка, выплюнув наружу только клюв.
Остаток пути по дереву Злата проделала очень внимательно, опасаясь провалиться и попасть в рот непонятного пузыря.
Как только она сошла со ствола, сразу же вылила из ботинка воду и отжала брючину. Колобок стоял рядом и осматривал округу.
– Видал? – спросила Злата у Колобка. – Эти пузыри питаются живыми существами!
– Наверное, это и есть пагуба, которой пугают детей в детстве, – ответил Колобок и озабоченно добавил. – Нужно спешить. Похоже, здесь темнет намного раньше, чем на верхних уровнях. Неизвестно, что или кто встретится ночью.
Он двинулся вперед. Злата сжала зубы и отправилась следом, стараясь ступать след-в-след. Путь их пролегал по малозаметной, еле протоптанной тропинке; сделай шаг в сторону, и либо тропинка потеряется, либо засосет трясина.
Навстречу полз туман. Он приближался неровно, клоками, словно проверяя, опасны для него Злата и Колобок, или нет. Медленно он подкрался к Злате и Колобку и окружил.
Тропинка пропала в мутной пелене, и Злата и Колобок остановились.
– Зачаток ума, куда идти дальше? – негромко проговорил Колобок.
Мигнули и погасли недалеко две точки – красная и зеленая. Злата насторожилась. Через миг точки оказались ближе. Искрящаяся дуга прочертила по воздуху, и точки остановились. Они словно смотрели на них.
– Кошка! – обрадовалась Злата. Почему она так решила, сама не знала, но чувствовала, что не ошиблась. – Проводи нас к хозяйке, – попросила она.
Глаза мигнули и исчезли. В следующий миг они засветились чуть в стороне. Злата двинулась за ними. Колобок схватил ее за руку:
– А вдруг это кто-то другой, а не кошка?
– Нет, я чувствую ее. Не спрашивай, как. Ты же не сможешь объяснить, как умеешь читать по лицам?
Колобок отпустил руку и нехотя поплелся следом. Святящиеся точки снова переместились.
Скоро туман рассеялся, и они увидели маленькую, чуть крупнее крысы серую полосатую кошку. Она побежала вперед тотчас же, как только они приблизились. Узкая тропинка тянулась мимо серых кустов, голыми ветвями похожих скорее на скелеты.
Вскоре среди ветвей забрезжил огонек. Он лился из окна глиняного дома с соломенной крышей. Старая солома клочьями свисала до земли. Глина на стенах местами осыпалась, обнажая каркас из переплетенных веток деревьев.
Кошка запрыгнула на открытое окно и исчезла внутри дома.
– Пришла, моя хорошая, – раздался старушечий голос.
Колобок шагнул к двери и постучал. Хлипкая дверь задрожала при первом же стуке.
Долго никто не открывал, наконец зашаркали шаги и скрипучий голос спросил:
– Хто там?
– Здравствуйте, – отозвалась Злата, – нас послали к вам ваши сестры.
Ответом была тишина. Злата осторожно стукнула ещё пару раз.
– Кого там принесло? – снова спросили за дверью.
– Я Оксана, а со мной рядом Колобок.
– Чаво нада?
– Кое-что спросить.
– Ступайте отселя, и у болота спрашивайте, а я ничаво не знаю.
Колобок засопел и боднул головой воздух, как носорог, когда желает поддеть рогом своего врага.
– Открывай, зачаток ума, пока дверь топором не выломал! – он с такой силой забренчал кулаком, что затряслась не только сама дверь, но и вся мазанка.