Застоявшийся запах немытого тела ударил в нос. Высший асам приложил к ноздрям надушенный носовой платок, поднял глаза и увидел в камере своего бывшего министра Дера. Вид его был ужасен. Синяки на лице и руках, сквозь дыры в одежде просвечивало исхудавшее тело. Похоже, его пытали. Может, Маржруд дознавался, видел или слышал тот что-то о побеге златницы. Высший асам даже пожалел своего министра.
– Освободите ему руки. – Приказал он.
Маржруд незаметно махнул рукой, и один из стражников поспешно снял оковы. Дер со стоном опустил руки и упал на холодный пол. Тот же самый стражник поднял Дера и прислонил к стене, удерживая, чтобы тот стоял прямо.
Высший асам молча разглядывал его, отмечая синяки под глазами и страдальческий взгляд. «Как быстро можно измениться, – подумал высший асам, а вслух произнес:
– Ты видел в коридоре девушку неделю назад?
Дер промолчал.
– Отвечай! – прорычал Маржруд и ткнул Дера под ребра. Видимо, начальник тюрьмы сделал это очень неаккуратно, потому что голова бывшего министра упала на грудь.
Они прождали какое-то время, не заговорит ли пленник, но ноги Дера подогнулись. Стражник отпустил его, и узник рухнул вниз. Маржруд осмотрел распростертое тело и буднично произнес:
– Умер.
Затем Маржруд побледнел, видимо, опасаясь вызвать гнев у высшего асама:
– Я совсем легонько его задел. – Пролепетал он, дрожа, как осиновый лист.
Высший асам молча кивнул головой в сторону двери – ему хотелось покинуть камеру как можно скорее. Он даже загрустил – столько лет Дер служил ему и даже умер у него на глазах. Его похоронят, и скоро все забудут, что жил когда-то эльф Дер, повелитель бумаги и чернил. Так же и высший асам когда-нибудь умрет, и никто не вспомнит о нем, разве только изредка сын.
Мысли высшего асама перескочили на златницу. Казалось, что возможная ниточка потерялась, но высший асам вспомнил кое-что. Сейчас он радовался, что когда-то послушался Дера и поставил датчики видеонаблюдения в комнатах гостей.
Он вернулся в свой кабинет и велел Маржруду принести записи с видеокамер из комнаты златницы. Маржруд исполнил приказ с довольной улыбкой на лице,понимая, что стал доверенным лицом правителя.
Высший асам лично просмотрел записи, желая определить, как златница жила и что делала. Он изучил их и велел привести горничную златницы. Похоже, не все было потеряно.
Глава 27
Луч солнца проник внутрь открытого заплечного мешка, осветив тонкие, исписанные мелким почерком пергаментные листки. Злата вытащила их наружу. Столько всего произошло за последнее время, что она забыла о листках. Вспомнила только спустя две недели после того, как попала в становище. Четырнадцать дней она бездельничала, если не считать опыты с артефактом, которые закончились ничем.
Две недели она мечтала, как все кончится, и она вернется домой.
Увидит папу, маму, и встретится, наконец-то, с Ильей… зачаток ума, как она соскучилась! Но сначала она должна была закончить дела в Альвии; одно из этих дел – передать кому-то способности златницы. Теперь Злата верила, что Альвия могла не выпустить, если не передать способности; или забрать обратно из мира людей в самый неподходящий момент.
Она перебрала всех своих знакомых, вспомнила даже Старую Альву и Колобка, и остановилась на Аннете. «У нее доброе сердце, кроме того, она эльф цветка, а со временем может стать эльфом многих цветов. Все, после меня златницей будет Аннета», –решила она.
Снова наступили часы ничего неделанья. Безделье начало уже утомлять. Все, чем она занималась – это ела, спала и гуляла у реки.
Она пыталась найти себе хоть какую-то работу, например, готовить еду или мыть посуду, но Ордан воспротивился, заявив, что ее работа – набираться сил. К счастью, она вспомнила про рукопись Дера, бывшего министра высшего асама.
Злата устроилась поудобнее на пне и стала читать.
«Я поступил на службу к высшему асаму, когда был совсем еще молодым юношей, – писал он, – и по-видимому, сразу ему понравился. По молодости и по глупости своей я думал, что правитель всегда и ко всем был добр. Очевидно, он выделил меня среди других молодых за честность, сообразительность и рвение к службе. Так и было, я хотел понравиться моему правителю и старался во всю. Так прошло несколько лет. Правитель казался мне добрым и великодушным до тех пор, пока не погибла его жена. До сих пор непонятно, что с ней случилось. Наверное, один я знаю, что произошло. На месте падения в день несчастья я увидел множество вырытых узких и глубоких ям. Видимо, нога коня попала в такую яму, и он споткнулся. На следующий день ямы исчезли: кто-то засыпал их. Это дало мне повод думать, что трагедию подстроили. Я поспешил к правителю, чтобы сообщить об этом. У входа в его кабинет я услышал голоса правителя и незнакомого мне человека. Я скрылся за колонной. Панель отъехала в сторону, и из кабинета правителя вышел Марвел, известный наемный убийца. Он подбрасывал на руке увесистый мешочек и довольно улыбался. Он не заметил меня. Он сунул мешок в карман, одел капюшон, полностью скрыв лицо, и зашагал к коридору для слуг. Видимо, кто-то из них впустил его сюда.