Ордан уставился на нее.
– Он мог принимать яд по доброй воле, – заметил он. – Твоя шутка больше похожа на правду. Если все так, как ты предположила, то министр написал правду.
Ордан поднял чашку и звучно хлебнул. Он не выглядел расстроенным или раздосадованным, даже, наоборот, веселым.
– Налегай на чай, пока не остыл, – засмеялся он, открыв рот, полный белых зубов. – Не майся. Долго ли узнать, кто из высших эльфов мечтает о кресле правителя страны?
– Смеетесь, а мне плакать хочется. – Отозвалась Злата. – Мы не узнали, кто, по мнению Дера, истинный правитель Альвии.
– Я не надеялся победить с помощью кого-то из высших эльфов, – посерьезнел Ордан. – Меня больше волнует, чем кормить и одевать своих людей, чем бегать и искать истинного правителя Альвии.
– А вы не думали, кто потом будет править страной? Вы?
Ордан раскинул руки в стороны и громко фыркнул:
– Пусть Всемогущий Владыка убережет меня от подобного! Править простым народом еще можно, но эльфами, это уж слишком. – Он нахмурился. – Больше всего я мечтаю о земле. Я так давно не пахал ее, что, боюсь, скоро забуду, как это делается.
– Вижу, вы не в восторге от идеи. Придется править всеми – и теми, кто нравится, и теми, кого недолюбливаете. Надо найти истинного правителя и поставить его во главе Альвии.
– Если он до сих пор не объявился, то либо не претендует на власть, либо у него есть веские причины отказаться.
– Отбросит свои веские причины, если не хочет, чтобы страна развалилась. Помните, что написал Дер? В Альвию только тогда придут мир и согласие, когда ее возглавит истинный правитель. Похоже, беды страны начались, когда к власти пришел лживый высший асам.
– Может, ты сама сядешь в кресло власти? – Ордан взглянул на нее пытливо.
– Я? – удивилась Злата. – Нет уж, увольте. Я тоже неистинная. Хватит с меня восстания, а бороться за власть я не собираюсь. Лучше уж найду истинного правителя.
– Если только стражники лживого высшего асама не найдут тебя первыми, – проворчал Ордан.
Пахнуло цветочным ароматом. К ним подошла Клеа, держа в одной руке кувшин, из которого струился пар, а в другой – широкое блюдо. Порхал край легкой головной накидки, колыхались складки женского платья. Клеа словно не шла, а парила в воздухе.
– Предводитель, – обратилась она к Ордану, – я принесла вам горячего чаю, ваш уже остыл.
– Хорошая ты девушка, – ответил он, прищурившись, – скромная, добрая. Найти бы тебе хорошего мужа. Кто-нибудь пришелся тебе по сердцу?
– Никого мне не надо, – покраснела Клеа.
Злата вспомнила Илью, и в сердце словно впились иголки. «Одиннадцать лет прошло, а я все не могу его забыть, – подумала она. – Даже влюбилась в похожего на него Рогидина. Скорее бы свергнуть высшего асама и вернуться домой».
Вслух Злата произнесла:
– Как бы выманить высшего асама из замка? Я боюсь, что он отсидится в замке, а на сражении не появится.
– Выманите его хитростью, – проворковала Клеа, наливая в чашку Ордану горячий чай.
– И какой? Похитить его сына? – усмехнулся Ордан.
– Не уверена, что высший асам рискнет своей жизнью ради сына, – проворчала Злата.
– У каждого есть какая-то слабость. Найдите ее, и правитель сделает так, как вам надо. – Предположила Клеа, ставя на стол блюдо с лепешками.
Злата взяла одну лепешку и откусила кусочек. По вкусу она напоминала печеную картошку.
– Из картошки? – обрадовалась Злата.
– Нет, – улыбнулась Клеа. – Из муки рогоза.
– Лепешки из рогоза напоминают мне о детстве, – отозвался Ордан, задумчиво глядя в сторону. – Мама часто пекла их. – Он целиком засунул в рот лепешку и стал сосредоточенно жевать.
Злата замерла в ожидании, не скажет ли он еще чего-либо о своей семье. Клеа наблюдала за ним сияющими глазами. Ордан сердито посмотрел на нее и буркнул:
– Ступай, дай поговорить.
Клеа вспыхнула, полоснула Ордана укоряющим взглядом и послушно удалилась.
Он сердито нахмурил брови, словно недовольный собой. «Неужели Клеа влюблена в него? Но она намного моложе его. – Подумала Злата. – Но почему бы и нет? Он сильный и волевой мужик. Девушкам нравятся лидеры. Скорее всего, он тоже не остался к ней равнодушен, но ему этого не хочется».