– Высшему асаму не хватает стихии огня. Лепешки остались? – спросил он.
– Да, – ответила она, все еще размышляя над словами Клеа, и придвинула к нему блюдо с лепешками. Он ухватил одну и стал жевать, а Злата взяла другую и откусила кусочек:
– Высшему асаму не хватает стихии огня. И что?
Взгляд Ордана смягчился, жилка на виске пропала.
– Мы сообщим, что подарим ему власть над четвертой стихией, – спокойно ответил он.
– Он не поверит. Никто, кроме эльфа огня, не способен передать ему стихию огня, а среди нас эльфа огня нет.
Складки на лбу Ордана разгладились, и он усмехнулся:
– Поверит.
Злата упрямо сжала губы: неужели Ордан считает, что высший асам такой дурак? Вряд ли он потащит свою задницу в ловушку! Скорее прикажет, чтобы эльфа огня приволокли к нему.
– Он не будет рисковать, – возразила она.
– Будет, если намекнуть, что иначе о его секрете узнают все. Мы предложим стихию огня в обмен на его сына. Тогда он поверит и согласится.
– Пусть будет так. Кто у нас притворится эльфом огня? – Злата поднесла лепешку ко рту, намереваясь откусить.
– Я.
Злата выронила лепешку. Ее тотчас же ухватил молодой кабанчик, удивительно похожий на кабанчика из сна и непонятно как оказавшийся рядом, и с задранным хвостом унесся с трофеем в сторону реки.
Прошуршал тростник, и наступила тишина, прерываемая свистом сверчков и пением утренних птиц.
Глава 28
Высший асам внимательно разглядывал горничную, которая скромно стояла перед ним с опущенной головой.
Экравизор показал, что она не только убиралась в комнате златницы, но и несколько раз разговаривала с ней, что категорически запрещалось обслуге.
Высшего асама насторожил обескураженный вид златницы после ее последней беседы с горничной. О чем они говорили? Он решил докопаться до сути разговора.
– Тебя зовут Аннета? – спросил он.
Горничная молча кивнула.
– Ты эльф цветка?
Новый безмолвный кивок.
– Почему ты работаешь горничной, ты же эльф цветка? – прищурился он.
Аннета посмотрела на него, и высший асам невольно отметил, какие у девушки синие, с темным переливом глаза.
– Мне надо на что-то жить, – тихо ответила она и снова уткнулась взглядом в пол.
Ответ обрадовал высшего асама.
– Ты хорошо подзаработаешь, если послужишь мне, – сказал он. Заметив, как краска прилила к ее лицу, покачал головой: – Нет, нет, я не делаю непристойного предложения. Все гораздо проще. Ты мне кое-что расскажешь, а я хорошо заплачу.
– Что вы хотите узнать? – удивилась она.
– О чем ты говорила с Оксаной.
Он заметил, что на лице Аннеты промелькнул страх. «Так-так, – подумал он, мысленно потирая руки, – девочке есть, что скрывать».
– Вы уволите меня? – выдавила она из себя. – Я знаю, что нельзя разговаривать с гостями, но с Оксаной мы когда-то учились в школе эльфов. Она поинтересовалась, помню ли я ее, и я ответила: «Да». Она еще что-то говорила про школу эльфов, а я отвечала ей.
Аннета замолчала.
– Это все? – разочарованно протянул высший асам, пытаясь определить по лицу, правду она сообщила, или нет. Похоже, она не обманывала.
– Да, – невинно ответила она, – а что еще надо было сказать? Знай я тогда, что вам будет интересно, обязательно вытянула бы из нее еще хотя бы одно словечко.
«Либо девчонка глупа, – подумал высший асам, – либо хорошо притворяется».
– Ты знаешь, где она сейчас?
– Конечно, – с готовностью закивала горничная, – все говорят, что она ведьма, а ведьмы живут у гиблых болот.
Высший асам помрачнел еще больше. «Глупее девки не сыскать», – подумал он, а вслух произнес:
– А ты хочешь с ней встретиться?
– Как можно хотеть встретиться с душегубкой? Она же, – Аннета понизила голос и доверительно шепнула, – хотела отравить вас.
Высший асам крякнул. Похоже, Аннета могла сказать не больше, чем любая другая такая же горничная, как она, которые любили посплетничать на кухне. «Красивая и глупая, как земляной червяк, – окончательно решил он, – будь я молодым простаком, обязательно воспользовался бы ее красотой». Он выдвинул ящик стола и долго шарил в нем, перебирая монеты. Наконец, достал самую дешевую железную монету с изображением головы барана. Покрутил ее между пальцами и протянул Аннете.