Он не слышал ее, он уже никого не слышал. С его лица схлынула кровь, он выронил щит и меч. Генерал кружил на коне, выбирая удобный момент для последнего удара. Ордан в упор смотрел на него, словно спрашивая: «Чего ты ждешь? Бей». И Генерал с силой вогнал меч ему в грудь. Ордан хватанул ртом воздух; поперхнулся и закашлялся. Из его рта показалась красная струйка. Он обхватил лезвие двумя руками и рывком вытащил из груди. Кровь хлынула потоком. Предводитель восставших наклонился к шее коня и соскользнул на землю. Он упал, раскинув руки в стороны, и неподвижно застыл.
Рев огласил долину: Генерал праздновал победу.
Глухо завыл ветер, темные облака закрыли солнце. В Большой долине потемнело.
Завизжала Клеа, схватила с земли камень и легкими скачками побежала к Генералу, огибая по пути тела упавших.
– Клеа, стой! – закричала Злата. – Он убьет тебя!
Она не слышала. Ее тонкая, как осинка, фигура затерялась среди восставших. Небо прочистилось, и Злата увидела ее возле Генерала. Он смотрел на нее с усмешкой, словно говоря: «Ничего ты мне не сделаешь». Клеа замахнулась и швырнула в него камень. Камень просвистел мимо Генерала, а Клеа отбросило в сторону, словно ее ударила невидимая рука. Она упала и больше не поднималась.
В глазах защипало, и слезы навернулись на глаза Златы. Она размазала их тыльной стороной ладони, чувствуя, как жгучей ненавистью поднимается изнутри глубокая ярость. Пальцы ее так плотно обхватили металлическую пластину, что края врезались в ладонь. Кожа лопнула, и заструилась кровь. Размахивая пластиной и роняя капли крови, Злата бросилась к Генералу с криком:
– За наших, за свободу-у-у!
Ее клич подхватили уцелевшие восставшие. Похоже, ее призыв вернул им утраченные мужество и стойкость. Словно рой пчел, они яростно набросились на эльфов и стражников и выбили из седла пятерых.
Злата видела перед собой только Генерала. Красивый статный мужчина, без единой капли пота и складки на одежде. Он словно только что выехал на коне из гримерной.
Генерал услышал ее клич и обернулся. Презрительная улыбка скривила его губы. Он ждал ее приближения, лениво отбивая нападения восставших.
«Ах ты, гад, – прошептала Злата, – не боишься меня?». Под ногами хрустнуло. Она подняла с земли меч, обхватила двумя руками и выставила перед собой.
Призывное ржание заставило ее обернуться: конь Ордана звал к себе. Злата вдела ногу в стремя и вскочила в седло. Она не удержала меч: он выскользнул из руки и со стуком упал на землю.
Злата не успела бы снова вооружиться, так как Генерал развернулся и смотрел на нее.
Ей нечего было ему противопоставить, кроме своего отчаяния. Она пожалела, что поддалась ярости и выехала на встречу с таким грозным противником. Она уже почти чувствовала, как холодные пальцы смерти вцепились в горло.
Злата посмотрела на пластину и прошептала:
– Помоги мне, пожалуйста, ты же можешь. Не дай ему победить.
Она встряхнула рукой с пластиной, и случилось неожиданное. Меч, который она выронила, вдруг подлетел и намертво приклеился к пластине, словно рука держала мощный магнит. Злата крепче вцепилась в гриву коня, отчаянно стараясь удержать и пластину, и меч.
Конь по-своему понял, что она отпустила поводья. Вместо того, чтобы стоять на месте или бежать куда подальше, он поскакал навстречу Генералу. Злата выставила меч острием вперед, молясь всем богам, которых знала. Сердце бухало в груди, как ошалелое, в области селезенки неприятно ёкало.
Генерал отбил ее атаку одним движением руки, его корпус даже не покачнулся. Ее конь развернулся и вновь бросился в атаку. Генерал снова отбил, и так несколько раз. Злата удивилась, почему конь снова и снова бросает ее к Генералу, пока не поняла, что сама натягивает поводья и вынуждает коня развернуться. Еще Злата поняла – генерал играет с ней, как с котенком, и ударит, когда надоест.
Вокруг бились ее товарищи, не подпуская к ней стражников и других эльфов. Окружив ее плотным кольцом, они крепко держали оборону.
Двое из них вцепились с обеих сторон в подпругу лошади Генерала и стали подтягиваться к нему.
Генерал заколол мечом сначала одного, потом другого.
Волна возмущения поднялась в груди. Злата вспомнила, скольких восставших он убил и покалечил. Ордан, Клеа, бородатый литт, теперь двое… Она яростно стукнула кулаком по пластине и воскликнула: «Действуй, проклятая железка!». Меч отвалился, а сама пластина завибрировала. Алмазная сторона ослепительно сверкнула. Яркий свет прошил облака острыми струями и рассеял их. Выступило солнце и озарило долину светом. Генерал нахмурился. По его лицу Злата поняла, что ему надоело играть в отбивалки.