А сейчас Франклин касался ее. Он обхватил ее щеки ладонями:
— Я влюбился в тебя.
Она крепко схватила его запястья:
— Ты влюбился в Лину, Франклин.
— Ты и есть Лина. — Его руки чуть дрожали, когда он нежно погладил ее волосы. — Знаешь, я не был с женщиной с тех пор, как ты ко мне переехала.
Будет ли он доверять ей больше, если она сдастся? Ослабит ли железный захват, удлинит ли поводок? Она попыталась выиграть время:
— Иногда ты пугаешь меня.
— Почему? Я ведь ни разу тебя не обидел.
Она опустила голову:
— Я знаю, но…
Он приподнял ее подбородок:
— Все в этом здании думают, что мы любовники.
— И поэтому мы должны это делать?
— Я мужчина, Лина, не евнух.
Абра почувствовала, что эмоции и желание захлестывают его. Тихий шепот внутри подсказывал: «Беги». Но более громкий голос велел прикинуть цену, которую придется заплатить, если она сейчас уйдет. Разве она хочет оказаться без средств к существованию и бродить по Голливудскому бульвару, как многие другие девушки, которые приехали в этот город, пожирающий людей? Франклин предложил ей все, если она станет играть свою роль.
Она вдруг почувствовала, что должна сказать правду:
— Я не люблю тебя, Франклин.
— Пока не любишь. — Он произнес эти слова с полной уверенностью.
Возможно, она все-таки полюбит его. Она его уважает. Франклин ей нравится большую часть времени. Она застонала от пульсирующей головной боли. Он сказал, что даст ей что-нибудь от головной боли. И повел ее через прихожую в ее спальню.
— Просто полежи. Я сейчас вернусь. — Он принес ей таблетку и стакан воды, а сам присел на край кровати. — Мы никуда не пойдем сегодня. — Он провел кончиками пальцев по ее лбу. — Не заболей. Завтра вечером премьера. — Он медлил уходить, и Абра испугалась, что он поцелует ее. — Я дам тебе поспать. — Он встал и тихонько вышел.
11
Вопреки всем опасениям Абры, возле кинотеатра «Фокс Виллидж» собралось множество людей, желающих посетить премьеру. Они с Франклином подъехали на черном лимузине и вышли навстречу вспышкам фотоаппаратов и к микрофонам. Абра позировала в травянисто-зеленом атласном платье, а Франклин держал ее норковую накидку, потом она снова позировала с Томом Морганом, исполнителем главной мужской роли в фильме. Подошел Франклин и сказал, что пора заходить.
Фильм не был произведением искусства, но, судя по всему, большинству зрителей он нравился. Один критик обернулся к Франклину:
— Фильм, конечно, полная ерунда.
— Но? — Франклин ухмылялся, нисколько не смутившись.
Тогда критик рассмеялся:
— У тебя снова получилось, Франклин. Она может стать звездой. — Он подмигнул Абре и вернулся к просмотру фильма.
Франклин был в восторге от ее успеха. Они пошли на вечеринку, организованную продюсерами. Он поднял бокал с шампанским в ее честь:
— Молодец, Лина!
Абра нервничала и почти ничего не ела весь день, поэтому Франклин прошел к буфету и взял ей еду. Она поела и выпила еще бокал шампанского. Заиграл оркестр, и Абра пошла танцевать. Она осталась бы здесь еще на несколько часов, но Франклин заявил, что уже поздно, а завтра утром у них назначены встречи. Они вернулись в квартиру в приподнятом настроении.
Когда Франклин отпер и распахнул дверь, Абра вскинула руки и, вальсируя, зашла внутрь, она напевала «Апрель в Париже». Франклин рассмеялся, закрывая дверь:
— Нам нужно поработать над твоим вокалом.
Абра повернулась к нему и схватилась за лацканы его пиджака, чтобы не упасть:
— У меня успех, правда?
— Да. — Он наклонился и поцеловал ее. Она вздрогнула от неожиданности и отшатнулась. Он схватил ее, но быстро отпустил и, взяв за руку, повел через прихожую. Она остановилась у дверей своей спальни, но он подталкивал ее дальше — к своей спальне.
— Франклин…
— Ш-ш-ш… — Он снова поцеловал ее, стаскивая с нее норковую накидку, которую затем бросил на пол. Он на минуту отпустил ее, чтобы снять свой пиджак. — Лина… — Видимо, он что-то заметил в ее глазах, потому что перестал раздеваться, а принялся гладить ее лицо и шею. — Я не сделаю тебе больно. Клянусь.
И он сдержал свое слово. Ей не было больно. Но и никаких других ощущений тоже не было.