Но когда я добралась до кромки воды и начала подтягиваться, появился Чейз, шлепнув меня по заднице, когда я уже почти выбралась, и этот влажный шлепок заставил меня наполовину вскрикнуть, наполовину застонать, выгнув спину, и задрав задницу к голубому небу.
Джей-Джей схватил меня за бедра, когда я попыталась выбраться, а его зубы впились в другую мою ягодицу как раз в тот момент, когда я заметила пару черных кроссовок, остановившихся прямо перед моим носом, и мы все замерли.
— Иисусе, — низкое рычание Лютера заставило меня запрокинуть голову и посмотреть на него сквозь мокрые пряди моих ярко окрашенных волос. Нагота вдруг перестала казаться такой раскрепощающей, когда я задумалась, насколько заметным получился тот отпечаток ладони на моей заднице, ведь он определенно мог разглядеть каждый ее округлый дюйм. Ах да, еще на ней были следы от зубов… — Есть ли веская причина, по которой вы трое торчите с голыми задницами в моем бассейне, визжа и улюлюкая, как свора собак, когда есть работа?
— Было бы лучше, если бы я был в шляпе? — Спросил Джей-Джей, его руки все еще сжимали мои бедра, и от положения, в котором мы находились, мои щеки покраснели, как будто я была непослушным ребенком, которого только что поймал отец.
— Нет, Джонни Джеймс, не было бы, — прогрохотал Лютер как раз в тот момент, когда Рик и Фокс вышли во внутренний дворик.
— Эй, — рявкнул Маверик, указывая на нас троих и подходя ближе. — Что я вам говорил, ублюдки, насчет того, чтобы устраивать оргии без меня?
— Ради всего святого. — Отвернувшись от нас, Лютер провел татуированной рукой по лицу, а я быстро увернулась от Джей-Джея, пнула его, когда он отказался отпустить, и вылезла из бассейна.
Рик поднял меня на руки, схватил за задницу и провел языком по губам, притягивая к себе мое мокрое тело, не заботясь о том, что вода заливает его одежду и что рядом стоит его отец.
— Вот, — сказал Фокс, протягивая мне полотенце, и я толкнула Рика в грудь, чтобы заставить его отступить, и рассмеялась, когда он проклял меня, но в конце концов сдался и отпустил.
Фокс занял его место, обернув вокруг меня огромное полотенце, так что я была прикрыта от шеи до лодыжек, и закручена в него, как буррито.
Лютер по-прежнему стоял к нам спиной и направился к металлическому столу, стоящему ближе к дому, опустившись на стул. Он не смотрел в нашу сторону, бормоча что-то о том, что нужно почистить его бассейн.
— Ты собираешься рассказать нам, чего хотел от тебя Картель, старина? — Маверик крикнул ему вслед, но Лютер отмахнулся.
— Это сложно. Поговорим, когда я что-нибудь съем.
Рик закатил глаза, и я фыркнула от того, как они с Лютером так легко вернулись к своим старым отношениям отца и сына, несмотря на все, что произошло между ними. Это было супер мило, даже если я не осмеливалась высказать это мнение вслух.
— Как ты себя чувствуешь? — Спросила я Фокса, когда он заправил прядь моих мокрых волос за ухо, и уголки его губ приподнялись в улыбке.
— Лучше, — солгал он. А может, он просто говорил о том, что чувствует по отношению к нам, потому что, когда я была так близко к нему, меня охватывало тепло, которого я жаждала чертовски долгое время, и облегчение, которое я испытывала, наконец-то получив его, было ощутимым. — Иди одевайся. Обед на подходе, и нам нужно кое-что обсудить.
Я кивнула, мгновение поколебавшись, прежде чем приподняться и прижаться своими губами к его губам. Фокс улыбнулся мне в ответ, его губы двигались по моим, словно у нас было все время в мире, и узел в моей груди развязался, когда я поняла, что ожидала, что он рассердится после того, как увидел, как Маверик меня целует. Но, похоже, теперь он действительно был полностью согласен с этим.
Я подняла руку, чтобы провести пальцами по синяку, темнеющему по кругу на его шее, и во мне понялась жажда убийства из-за того, что Шон сделал с ним.
— Великий Фокс Арлекин, — прошептала я, проводя рукой по бинтам, покрывающим его бок, но едва касаясь их на случай, если я причиню ему боль. — Все еще стоит на ногах, даже побывав по ту сторону смерти.
— В аду меня ничего не ждало, детка, — пробормотал он, и грубость его голоса заставила мое сердце сжаться от боли, которую он, должно быть, испытал. — Когда дьявол снова назовет мое имя, оно будет в списке сразу после твоего.
— Я попаду в ад, да? — Я ухмыльнулась, и он скользнул руками по моей спине, сжимая мою задницу с выражением, в котором читались одни непристойности.
— Я думаю, ангелы могли бы пропустить тебя через жемчужные врата, колибри, но мы четверо прокляты, — мрачно сказал он, отчего дрожь пробежала вверх и вниз по моей спине. — Я думаю, мы заберем тебя с собой или сломаем эти врата, чтобы отправиться на охоту за твоей душой.