Мы были за кулисами «Загробной Жизни», музыка гремела по клубу так громко, что стены вибрировали от нее, в то время как стриптизерши суетились вокруг нас, надевая свои костюмы для первых выступлений, натирая свои тела блестками и детским маслом, пока не стало казаться, что Пегаса стошнило на все помещение.
Прошло три дня с момента той заварухи в пещере, повешения и всего остального. Три дня наслаждения под солнцем и купания в компании моих мальчиков, в то время как каждый «Арлекин» в городе искал хоть какие-то признаки присутствия Шона и не смог найти даже волосинки, который принадлежал бы ему.
Мы провели много времени, вспоминая истории из нашей юности и возвращаясь к той связи, которую мы всегда так легко разделяли, и, конечно, эта новая динамика включала в себя много наготы, к которой у меня не было абсолютно никаких претензий. Но только не с Фоксом. Он держался на расстоянии, когда остальные искали удовольствия в моей плоти, и я знала, что он с трудом приспосабливается к новому образу жизни. Но он не уходил и не казался обиженным тем, что я провожу с ними время. И я была так рада, что он стал частью этого, даже если мы не спешили.
Угроза над нашими головами в виде Шона никогда не покидала нас. Ощущение его присутствия никогда не покидало. Он что-то замышлял. Должен был. Но мы просто понятия не имели, что это могло быть.
Мы не могли просто залечь на дно, и никто из нас никогда не был из тех, кто дрожит от страха. Итак, если мы не могли найти Шона, то наш план состоял в том, чтобы позволить ему найти нас. Это означало выйти на публику и рискнуть, дать ему возможности, чтобы заставить его поверить, что он может застать нас врасплох.
— План состоит в том, чтобы выманить его, красавица, — промурлыкал Рик мне на ухо, пока Чейз ерзал на краю туалетного столика Джей-Джея, его взгляд метался по комнате, пока он сердито смотрел на всех, как будто думал, что Лайла или Ди могут вытащить базуку из своих задниц и выстрелить в нас в любой момент. — Но на это не будет шансов, если мы будем прятаться дома, не так ли?
Я поджала губы, понимая, что это правда, хотя это и не мешало мне хотеть затащить их всех четверых туда, чтобы спрятаться от всего мира вместе со мной.
Я понимала, что мы должны это сделать, должны заставить Шона поверить, что у него есть шанс добраться до меня, и выманить его, притворяясь, что мы уже выиграли. Но я ненавидела подвергать своих парней такой опасности.
— Тебе станет легче, когда мы вырежем его сердце и положим его к твоим ногам, — тихо добавил Чейз, и уголки моих губ дрогнули от этой картины.
— Пойду осмотрю толпу, — сказал Фокс, когда Джей-Джей начал разогреваться перед выступлением на сцене, выполняя серию отжиманий рядом с Техасом, и они вдвоем устроили соревнования кто первый сделает сотню. Мой взгляд задержался на Джей-Джее, когда его мускулы напряглись, а масло на его теле подчеркнуло каждую рельефную линию его спортивной формы. Черт возьми, он был съедобен.
— Может быть, нам всем стоит пойти, — предложила я, потянувшись к Фоксу, когда он сделал шаг назад, не желая, чтобы кто-то из них пропал из виду.
Возможно, нам потребовалось несколько дней, чтобы зализать наши раны, и большинство моих порезов и ушибов были на пути к заживлению, но я знала, что Фоксу на восстановление потребуется больше времени, чем он себе дал.
Последние несколько дней были полностью посвящены планами поимки Шона, так у нас почти не оставалось времени ни на что, кроме еды, а поскольку Мейбл и Лютер постоянно находились в доме, нам двоим не удалось повторить ту первую ночь. Сказать, что я жаждала этого, было бы преуменьшением.
То, как зеленые глаза Фокса блуждали по лоскутку материи, которые я надела и которые с трудом можно было назвать платьем, дало мне понять, что он так же жаждал второго раунда, как и я, но здесь я мало что могла сделать, разве что затащить его в кладовку. Подумав об этом, я не смогла удержаться и с надеждой посмотрела на других моих мальчиков, и взгляд, который бросил на меня Рик, сказал, что он точно знает, о чем я думаю.
— Сначала позволь мне все проверить, — настаивал Фокс, как настоящий альфа.
Я уступила, в основном потому, что синяки вокруг его горла выглядели хуже некуда после нескольких дней цветения, и я знала, чего ему стоило оставаться с нами, несмотря на боль, которую он испытывал из-за них и ножевой раны в боку. Он принимал обезболивающие, но, несмотря на это, среди моих знакомых было не так много людей, которые могли бы так быстро встать на ноги после того, что ему пришлось пережить.