– Малдер? Проснись. Это я.
Ничего. Она подошла к его окну. Занавески были плотно задернуты. Скалли выудила ключ-карту от его номера из кармана и, зайдя внутрь, включила свет.
Покрывало на его кровати было аккуратно застелено поверх подушки – явно работа утренней горничной. Дверь в ванную комнату была открыта, свет в ней не горел. Его телефон и пистолет отсутствовали на своем месте на прикроватном столике. И, только увидев это, Скалли подумала проверить их машину.
Она отодвинула занавеску. На парковке ее не было.
Скалли нажала на фотографию Малдера на главном меню телефона, и он ответил после первого же гудка. Тон его голоса был озадачивающе небрежным.
– Эй, Скалли, что случилось?
– Что случилось? Малдер, сейчас четыре утра, где тебя черти носят? – А вот она явно была настроена на конфронтацию. Даже зная, что напряжение и затянувшийся страх превратились в несколько не по адресу направленный гнев, Скалли ничего не могла с собой поделать. Сердце по-прежнему колотилось в груди, ее трясло. Малдер был ее напарником – он должен был быть тут, а не бросать ее одну посреди ночи.
– Скалли, ты в порядке?
– Где ты?
– Вернулся на поляну Миллера. Не мог заснуть, но знал, что ты устала, так что решил съездить и попробовать понаблюдать еще на случай, если что-то все-таки появится. Я подумал, что вернусь в мотель до того, как ты проснешься. Скалли, что не так, что происходит?
Она стояла и просто дышала, притворяясь, что остается в его номере не из-за витавшего там запаха Малдера.
– Скалли? – напомнил он о себе.
– Ничего, – в конце концов ответила она. – Я в порядке. Я возвращаюсь в постель.
– Скалли, погоди, что…
– Поговорим утром, – сказала она и оборвала звонок, не давая ему закончить.
Она просто не могла говорить об этом прямо сейчас. Глаза жгли непролитые слезы, которых она даже не осознавала, и ей нужно было вернуться в безопасность своего номера, прежде чем она поддастся искушению заползти под одеяла Малдера и спать в его кровати, так что, возможно, Черноглазые дети не знали бы, где ее искать, реши они вернуться. И где, возможно, Малдер нашел бы ее первой.
Вернувшись к себе, она заперла дверь и подперла ее стулом. Несколько минут спустя она поставила стул обратно к столу, потому что, черт побери, она была агентом ФБР, а они – просто детьми. С ней все было в порядке. Она заснула с первыми лучами солнца, держа пистолет рядом с подушкой.
«Вы держали ее на руках, верно? Когда она была совсем крошкой? Может, вы просто забыли».
***
– Скалли? Ты проснулась?
Солнце уже вовсю припекало, несмотря на то, что оно поднялось из-за горизонта и утвердило свою власть над днем совсем недавно. Звонок от шерифа Астера разбудил его от крепкого сна, и, перед тем как быстро принять душ, Малдер отправил сообщение Скалли. Ночная охота за пришельцами далась ему несколько тяжелее, чем когда-то прежде.
Одевшись и обнаружив, что голоден, но горит нетерпением поехать в участок, Малдер направился к номеру Скалли и принялся энергично стучать в ее дверь. Она не ответила на сообщение и занавески на ее окнах оставались задернутыми, но это было совсем на нее не похоже – спать после семи.
– Скалли?
На этот раз он услышал внутри какое-то неразборчивое бормотание, произносимое вроде как ее голосом. Недолго думая, Малдер вынул из кармана ключ-карту от номера Скалли и открыл дверь.
Она распахнулась внутрь, позволяя ярким солнечным лучам ворваться в логово, в котором до сих пор окапывалась Скалли. Он видел только ее рыжую макушку на подушке.
– Малдер… что ты тут делаешь? – спросила она хриплым со сна голосом.
– Ты еще спишь?
– Спала, – чуть более отчетливо отозвалась она. – Зачем ты здесь?
– Я посылал тебе сообщение. Шериф Астер хочет, чтобы мы приехали в участок. Он произвел арест.
Скалли села на кровати, откинула назад волосы и потянулась за телефоном.
– Кого арестовали? – прочистив горло, уточнила она.
Малдер шагнул к окну и наполовину раздвинул занавески, чем вызвал у Скалли недовольный возглас.
– Ночью местная семья сообщила о преследовании парой Черноглазых детей. Помощник Астера поездил по соседству от того места и поймал детишек с поличным. Они сейчас в участке. Нам надо туда съездить.
– В каком часу их арестовали?
– В каком часу? – Малдер покачал головой. – Не… не знаю. Поздно, полагаю. Вероятно, почти под утро.
Скалли долго смотрела в телефон, но не похоже было, что она что-то читает, или пролистывает, или печатает. Взяв со столика стакан с водой, она сделала большой глоток.
– Скалли? – напомнил он о себе, подходя ближе к кровати. – Ты в порядке? Почему ты не спала прошлой ночью?
Скалли чересчур медленно поставила стакан обратно на столик, а потом закрыла глаза и устало вздохнула.
– Я в порядке, просто не выспалась. Но мне надо кое-что сказать тебе, прежде чем мы увидимся с шерифом.
Несмотря на бегущий по его венам адреналин, наполняющий его нетерпением и побуждающий силой затолкать Скалли в душ, а потом и в машину, Малдер услышал в ее голосе определенные нотки, говорящие о том, что ему нужно ее выслушать. Он шагнул еще ближе и осторожно присел на край кровати.
– Ладно. В чем дело?
Смотря куда угодно, но только не ему в глаза, Скалли с трудом сглотнула, на краткий миг встретилась с ним взглядом, а потом сказала:
– Я тоже их видела.
Он недоумевающе покачал головой.
– Ты видела… кого?
Она облизнула пересохшие со сна губы. Он видел слабые отпечатки одеяла на ее щеке и знал, как пахнет ее кожа при пробуждении – какая она теплая и розовая от прилива крови.
– Черноглазых детей, – твердым и уверенным тоном пояснила Скалли, но он почувствовал, что это признание далось ей не без внутренней борьбы.
– Что? Скалли, что ты видела? Прошлой ночью, ты имеешь в виду? Поэтому ты мне звонила?
Она медленно вздохнула и переместила ноги под одеялом.
– Да. Но это был не первый раз. Просто… самый важный.
Его взгляд упал на тоненький луч света, скользящий по подушке, и он заметил рукоятку ее пистолета. Скалли не имела привычки засыпать в обнимку с оружием.
– Где они были? В мотеле?
Скалли кивнула.
– Да. Они постучали в мою дверь прошлой ночью. Около трех. Или… ближе к четырем. Их было двое.
– И это произошло не в первый раз?
– Не первый раз, когда я их видела, да. Но они впервые постучали… или заговорили со мной.
У него во рту вдруг пересохло.
– Они говорили с тобой?
– Через дверь. Они хотели, чтобы я их впустила.
– Я так понимаю, ты их не впустила?
– Нет. Я хотела позвонить их родителям или в местную полицию, но они сказали, что их родители только что приехали, и исчезли.
– Поясни «исчезли».
– Предположительно, сбежали.
Он впился в нее взглядом.
– Предположительно.
– Они… – Скалли провела рукой по взъерошенным волосам, сделала глубокий вздох и понурилась. – Все произошло быстро. Я открыла дверь и вышла наружу, пытаясь найти их, но… их уже не было. Я не смогла понять, в каком направлении они ушли.
Малдер молча обдумывал ее слова. Скалли смотрела на свои руки, осторожно скребя ногтями одной ладони по тыльной стороне другой.
– И ты не сочла это чем-то достойным упоминания? – в конце концов спросил Малдер. – Чем-то, что твоему напарнику следует знать?
– Я пошла к тебе прошлой ночью, чтобы рассказать. Я звонила…
Но Малдер уже качал головой.
– Нет, Скалли, с самого начала. Когда ты впервые их увидела?
Он заметил, как ее взгляд заметался по комнате, а дыхание на мгновение сбилось, когда она судорожно втянула воздух. Она явно не хотела отвечать на этот вопрос.
– Я видела… что-то… в первую ночь нашего заселения в мотель.
– В первую ночь нашего пребывания в городе. Объяснись-ка, Скалли.
Она вздернула бровь, одновременно повышая голос и на этот раз уверенно встречаясь с ним взглядом.
– Я не знала, видела ли что-нибудь или нет! Я не…