- Мы останемся в комнате ожидания. Вам нужно поговорить наедине, - сказал Гарри. - Я прослежу за Эйми. Но на твоем месте я бы предупредил ее о сломанной руке раньше, чем она ее увидит. А то она психанет. - До этого я даже не задумывался о том, как отреагирует Эйвери. Оставалось надеяться, что она не возненавидит меня.
Я кивнул и прерывисто вздохнул. Олли назвал мне номер палаты, все пожелали мне удачи, и я, развернувшись, пошел по бесконечно длинному больничному коридору в конец, где лежала Эйвери.
Мое сердце билось чаще с каждым моим шагом. Я переволновался, и внезапно к горлу подступил воздух, но я удержал все в себе. Наверняка, на моем лбу проступил и капли пота: в здании резко стало жарко, а потом снова холодно. Я не мог поверить, что спустя такое количество времени наконец-то встречусь с ней. С человеком, находясь рядом с которым, я чувствовал, что мне больше ничего не нужно. С моей Эйвери.
Когда я зашел в комнату, я сразу нашел ее взглядом. Она задумчиво смотрела куда-то вдаль из окна. Ее руки были перевязаны бинтами, а на коже, которая не была прикрыта, виднелись синяки. Даже на ее прекрасном лице были сине-фиолетовые следы насилия. Наверное, ей очень больно.
Мои плечи поникли, когда я услышал, как она зашипела от боли. Ее голова была повернута в другую сторону от двери, так что она не видела, как я зашел в комнату. Вдруг цветы выпали из рук, и по моей щеке потекла слеза. Мой внезапный всхлип заставил ее подпрыгнуть от неожиданности, но когда она увидела, что это был я, ее лицо словно озарилось.
- Ни…
- Тш-ш, - сказал я, качая головой и подбегая к ней. Мне хотелось прижать ее к себе и обещать, что я никогда больше не позволю ничему плохому случиться с ней, но она казалась слишком хрупкой, чтобы к ней прикасаться. Я осознал, что наступил на цветы, которые превратились непонятно во что, когда побежал к кровати, но они больше не значили ровным счётом ничего.
Я присел рядом с ней на кровать и постарался как можно осторожнее обернуть вокруг нее руки. Она не застонала от боли и даже не поморщилась, так что я не спешил отпускать ее. Я не был уверен, смогу ли.
- Как хорошо, что ты сейчас здесь. - Я услышал ее слабый и такой приятный голос. Пока я не услышал его, я и не знал, как сильно соскучился по нему. Я засмеялся сквозь слезы и, кивнув, вытер ее щеки. Она улыбалась самой широкой улыбкой на свете, которая уступала по величине только моей.
- Меня распирает ненависть, когда я вижу тебя в таком состоянии, - с грустью сказал я. Она нахмурилась и опустила голову, стараясь не встречаться со мной взглядом. Я аккуратно приподнял ее подбородок так, чтобы она смотрела на меня, и улыбнулся. - Но ты всё так же прекрасна.
Я наклонился и мягко поцеловал ее, убедившись, что не делаю ей больно. Откровенно говоря, она могла просто-напросто скрывать то, что ей больно, так что я старался не перебарщивать и сдерживать себя. Не хотелось бы, чтобы она страдала еще больше из-за моих действий.
- Эйми здесь? - осипшим голосом спросила Эйвери. Ее глаза блестели от слез.
- Все здесь. - Я улыбнулся. - Теперь мне нужно предупредить тебя… Эйми упала с двухэтажной кровати, - вырвалось у меня. - Она сломала руку, и ей наложили гипс. Послушай, Эйв, я пойму, если я больше не нравлюсь тебе из-за этого, но я предупредил ее и не успел подбежать вовремя… - Вместо того, чтобы выйти из себя, Эйвери улыбнулась.
- Я не в восторге от того, что она сломала руку. Вообще-то я очень разочарована этим, - призналась она. - Но ты пытался ее защитить и сделал все, что в твоих силах. Я не злюсь, Найл. - На моих губах образовалась улыбка, и я поцеловал ее еще раз. - Могу я… Могу я увидеть ее?
- Конечно. Она же и твоя дочь тоже, - сказал я. Я выглянул в коридор и встретился со взглядом Лиама, который стоял в другом конце холла и пытался удержать Эйми, рвущуюся на свободу и пинавшую его. Я кивнул ему и засмеялся, когда Лиам отпустил Эйми и та побежала ко мне на максимальной скорости.
- Мамочка! - радостно закричала Эйми, когда вбежала в палату. Как только она увидела Эйвери, ее выражение на лице стало серьезнее, чем у кота, который никогда не улыбается. Ей никогда не говорили, насколько серьезной была ситуация. Как я мог сказать о таком ребенку? Но, думаю, в тот момент она все осознала и даже проанализировала. - Ты сломалась?
Эйвери подавила смех и протянула руки к Эйми со слезами на глазах.
- Нет, малышка, я не сломалась, - убеждающие сказала она. - Просто немного ударилась. - Я кинул взгляд на Эйвери, но она кивнула, так что я усадил Эйми на ее кровать и отошел, наблюдая за тем, как две мои любимые девочки обнимали друг друга. Я не сразу увидел, но Эйми тоже плакала.
- Я так скучала по тебе, милая, - сказала Эйвери, садясь на кровати. - Можно посмотреть на твой гипс?
Эйми широко улыбнулась и закатала рукав толстовки, показывая свой гипс и ярко-розовые бинты. Эйвери засмеялась.
- И почему я знала, что ты выберешь розовый? - спросила она. Эйми пожала плечами, пальчиком показывая на все подписи. Наверное, в тот момент она чувствовала себя жутко знаменитой. Я сел на стул рядом с кроватью и просто наблюдал за их маленьким воссоединением, все еще пытаясь привыкнуть к синякам на теле Эйвери.
- Папочка, мамочка хочет расписаться! - Эйми повернулась ко мне, и я протянул Эйвери ручку из своего кармана. Я смотрел, как она слегка дрожащими пальцами поставила свою подпись на особом месте, которое выбрала Эйми. Девочка выразила свое восхищение и подула на надпись, чтобы та не смазалась.
- Хей, Эйми, почему бы тебе не дать маме с папой немного побыть наедине? - спросила Эйвери. - Ты можешь съесть конфетку из автомата со сладостями. - Лицо Эйми озарилось, и она тут же рванула к выходу, что заставило меня усмехнуться. Я опять подошел к кровати Эйвери и сел рядом.
- Хей, - Эйвери улыбнулась, смотря на меня. Я улыбнулся ей в ответ и начал водить пальцем по синякам и царапинам на ее лице. Постепенно моя улыбка сползла. Если бы это было возможно, я был бы готов пройти через все это вместо нее. Я должен был быть на месте Эйвери. Это я должен был сейчас лежать на больничной койке.
- Я люблю тебя, - прошептал я, убрав прядь волос ей за ухо.
- Я тоже люблю тебя, - также шепотом ответила она. - Прости меня, если ты злишься на то, что я сделала. - Я посмотрел на нее, как на сумасшедшую.
- Эйвери, - серьезным тоном обратился к ней я, - это был один из самых смелых поступков, которые ты могла совершить. Ты рисковала своей жизнью ради меня и Эйми, и я никогда не смогу отблагодарить тебя. Я просто счастлив, что ты осталась цела.
- Я здесь просто прохлаждаюсь, - сказала она, пожав плечами. - Врачи сказали, что внутренних повреждений нет, только синяки. Но они хотят оставить меня на несколько ночей здесь, чтобы понаблюдать за мной и проследить за регулярностью дыхания и психической стабильностью.
- А ты стабильна? - пошутил я. Она посмотрела на меня своим испепеляющим взглядом, и именно тогда я осознал, как же сильно скучал по ней и ее маленьким глупым привычкам. - Я бы тебя сейчас так расцеловал, если бы не эти синяки. Я боюсь причинить тебе боль.
- Ты хуже не сделаешь, - пообещала Эйвери. - Тем более, они начали заживать. - Я хотел было возразить, но не стал. - Он только бил меня. А ведь могло быть и хуже… Мне повезло. - Я знал, что она чего-то не договаривает, но выпытывать не стал.
- Не могу поверить, что Маркус… - я замолчал, покачав головой и проведя большим пальцем по губам Эйвери. - Он труп. Они все трупы. - Эйвери нахмурилась и помотала головой.
- Это недоразумение, - сказала она. - Маркус освободил меня. Он неплохой парень. Он все мне объяснил, а потом отпустил на волю. Его уже может и не быть в живых из-за того, что он спас меня. Я сказала об этом полиции, и они отправили туда своих людей, но я не знаю, успели ли они вовремя. - Я вылупил на нее глаза, услышав новую информацию.
- Я предложила ему пойти со мной, - с сожалением сказала она, - но он отказался.