– Что с ним? – смотрю на Дэва, а в его теплых голубых глазах отражается сочувствие, сожаление, раскаяние.
– Дилатационная кардиомиопатия. Желудочки очень слабо качают кровь.
Я чуть не задыхаюсь. Работая в кардиологическом отделении больницы, я знакома с этим диагнозом и его тяжестью.
– Насколько все плохо?
– Становится все хуже и хуже. Его сердце просто больше не выдерживает, спустя столько лет постоянного напряжения. Я стараюсь следить за Ризом как можно тщательнее, но это сложно, потому что он всегда в отъезде.
Приходит мрачное осознание.
– Вот почему ты стал кардиологом, да? Ты изменил всю свою карьеру ради него. И именно поэтому он приехал сюда, в Мэриленд, да? Когда он попал в аварию... Он ехал к тебе на диагностику?
– Да, это так. – откровенно признается Дэв.
– Почему на его таблетках твое имя?
– Осторожность, – звучит простой ответ.
– Кто такой доктор Сандерс? – продолжаю я допрос.
– Мой приятель из медицинского колледжа. Он единственный, кто знает. Он прописывает Ризу лекарства.
– Но ты вместо Риза везде указываешь себя? – мой разум ошеломлен.
– Да. Все лекарства, страховка и визиты к врачу выписаны на мое имя. Так что никаких следов нет.
– И тебя это устраивает? Лгать ради него?
Дэв пожимает плечами, на его губах играет виноватая улыбка.
– Он мой брат.
– Он склонен к самоубийству, – утверждаю я.
– Это его жизнь. Его решение.
– Ты слышишь, что говоришь? Это безумие!
– Об этом мы договорились давным-давно. А потом появилась ты и все изменила.
– Вы оба обманули меня, – шепчу я в гневе.
– Знаю. Нам не следовало лгать. И мне не следовало уходить. – он приподнимает мой подбородок. – Прости, Кайла.
– Извинения ничего не исправят.
– Я в курсе. – Дэв прижимается своим лбом к моему. – Но все равно попытаюсь... Прости, что мы втянули тебя в это. Прости, что повернулся к тебе спиной. К нам. Я должен был бороться за тебя, но ведь можно все исправить, – он приближается к моим губам. – Ты не обязана оставаться с ним, бабочка.
Дэв прикасается своими губами к моим. Сначала мягко, а затем с большей настойчивостью. На мгновение позволяю ему это, потому что расстроена и сбита с толку, и я скучала по нему. Но это неправильно. Теперь все иначе. Вся эта ситуация. Моя жизнь.
– Дэв. – я прерываю поцелуй. – Нам нельзя. – сжимаю его футболку в кулак.
– Нет, можно. – он снова пытается обнять меня, но я отворачиваю голову, чувствуя боль внутри. – Кайла, – умоляет Дэв, прижимая меня к себе. – Я тот, с кем ты должна быть. Риз никогда не будет любить тебя так, как я. В глубине души ты знаешь, что я прав.
Я умираю внутри. Дэв прав. Риз никогда не будет любить меня так, как он, но Риз действительно любит меня по-своему, и я тоже люблю его.
Мы взяли на себя обязательство. И нельзя закрыть на него глаза.
– Я не могу просто бросить его.
– Можешь. – Дэв обхватывает мое лицо, поворачивая так, что я вынуждена смотреть прямо в его обжигающие голубые глаза. – Добейся аннулирования брака.
– Я беременна. – наношу сокрушительный удар.
Вся надежда в глазах Дэва гаснет.
– От него?
– Да, – подтверждаю я.
– Черт, Кайла. – Дэв отступает, оставляя океан между нами. Затем прислоняется к стене, сразу же замкнувшись и внезапно став чужим. – Думаю, все в твоих руках, детка.
Это заявление никак не помогает мне почувствовать себя лучше. Что он вообще имеет в виду? Это мое решение выбирать между ним и Ризом? Если когда-то и был выбор, то сейчас его нет. Риз – мой муж, и единственное, что изменится, это «пока смерть не разлучит нас».
– Прости, что пришла. – в смятении отступаю к порогу.
– Я люблю тебя, несмотря ни на что.
Его слова будто чертов нож, вонзающийся в живот.
Бросаю взгляд на Дэва в последний раз. Образ его, прислонившегося к стене в душераздирающем отчаянии, навсегда запечатлеется в моем мозгу.
Выскальзываю за дверь, схватившись за живот. Как такое возможно? Сегодня утром я проснулась счастливой, а теперь все разваливается на части.
Забираюсь в свой джип и кладу голову на руль, усталая, голодная и эмоционально истощенная.
И понятия не имею, что делать дальше.
Еду домой, думая о Ризе и Дэве. Почему один должен был стать моим прошлым, а другой – моим будущим? Почему нельзя заполучить их обоих? Думаю, ответ на самом деле не имеет значения. Единственное, что имеет значение – это ребенок, растущий внутри меня, и судьба его родителей.
Я не хочу растить его в одиночку.
Малышу нужен его отец.
И мне тоже.
Глава 37