Девушка лихорадочно пыталась сообразить, что происходит и куда она попала, но дельных мыслей по этому поводу у неё не было. Она следила за Вадимом сквозь мокрые ресницы, даже не представляя, чего ждать от него.
Мужчина вернулся к лавке и уселся рядом с девушкой.
– Давай я расчешу тебе волосы, – сказал он, руки его аккуратно, но настойчиво развернули Киру, усаживая спиной к себе.
Вадим неспешно принялся водить гребнем по густым тёмно-русым прядям. Он бережно распутывал их, нежно проводя рукой и тихонько приговаривая:
– Не печалься, не кручинься, моя красавица, слёзы утри! Пойдём с тобою гулять по лесам, по полям. Расскажу тебе тайные свойства спасительных и зловредных трав и кореньев, покажу, как приготовлять целебные мази и снадобья.
Кира притихла. Она чувствовала, как от прикосновений рук Вадима к её волосам по телу разбегаются мурашки. Странные слова его, которые в другом месте звучали бы неестественно и театрально, здесь, в этой избушке, были вполне уместны.
– Кто ты… то есть вы, такой? – спросила она, поворачиваясь, чтобы разглядеть лицо мужчины.
Он улыбнулся ей мягкой улыбкой, такой он ободрял больных детей, которых приносили ему на лечение местные крестьяне.
– Колдун, чародей, ведун, травник и кузнец. У меня много названий.
Девушка нахмурила брови и исподлобья посмотрела на него. Она отказывалась верить в это. Разве может преподаватель истории быть колдуном? Нет, конечно! Колдовства в природе не бывает, это ведь каждому ребёнку известно!
– Вы меня разыгрываете? Ну признайтесь! Вы решили меня проучить за то, что разболтала о вашем предложении, и подстроили это спектакль? Не слишком ли много усилий из-за такого пустяка? – сказала она, пристально вглядываясь в лицо Вадима.
Тот покачал головой:
– Для тебя это пустяк? Тщеславие, пустословие, сплетни – всё это для тебя ничего не значащая ерунда?
Кира смутилась. Конечно, не слишком хорошие качества, но не настолько уж и отвратительные.
– Да ведь все такие! Кто не болтает, кто не обсуждает с подружками парней? – выпалила она то, что думала.
Вадим не стал спорить. Он закончил расчёсывать ей волосы и принялся заплетать причудливую косу, вплетая туда ленту.
– Иди и посмотри на себя в зеркало, – сказал мужчина, когда работа его была завершена.
Кира поднялась с лавки и не без опаски подошла к той стене, на которой висело необычное зеркало. Она заглянула внутрь, ожидая увидеть ту самую комнату с кроватью под большим балдахином, но увидела печку, лавки, сушёные травы на стенах, и конечно, своё отражение.
– Ой! Ужас! Что с моим платьем? – только и смогла выговорить она и принялась разглаживать мятую ткань.
Вадим негромко рассмеялся. Он подошёл сзади, стал рядом и укоризненно покачал головой.
– Самолюбивая красавица. Ты внимательно посмотри!
Кира вновь уставилась в зеркало. На платье она постаралась не обращать внимания, а сосредоточилась на причёске, ведь именно на неё предложил взглянуть мужчина. Девушка увидела своё заплаканное лицо, толстую косу, украшенную сложным плетением и красной шёлковой лентой, завязанной замысловатым узелком.
Затем взгляд упал на окружающее пространство. Девушка вспомнила о мотыльке, которого видела в зеркале. Она обернулась и поискала его взглядом. Мотылька нигде не было.
«Наверное, уселся где-то на стене, вот и не видно. Хотя я ведь видела его в отражении той, современной комнаты. Этой избушки по ту сторону зеркала не было. Как историк смог проделать такой сложный фокус? Обустроить всё это?» – думала она, окидывая взглядом горшки и ухваты, пучки трав, отражающиеся в стеклянной глади.
Кире показалось, что в отражении прямо за её спиной что-то пошевелилось. В этом шевелении было что-то неестественное, ненормальное, как если бы двигался неодушевлённый предмет. Чувство тревоги вновь одолело её, заставляя внутренне содрогнуться. Она начала вглядываться пристальнее.
Сначала ничего не происходило, но стоило ей сместить взгляд, как краем глаза она вновь уловила движение. Девушка посмотрела на Вадима. Тот с безразличным видом стоял рядом, казалось, он полностью погружён в свои мысли.
Шевеление повторилось вновь, и рядом со своей ногой Кира вдруг увидела неизвестное существо отвратительного вида. Морда его была похожа на поросячье рыло, над которым красным светом сверкали злобные глазки. Изо рта торчали кривые почерневшие зубы, между которыми свешивался длинный кроваво-алый язык.
Мерзкая тварь была совсем близко, оно протянуло тонкие лапки с грязными заострёнными когтями, собираясь вцепиться в платье девушки.