Вадим достал из большого сундука полушубок из овчины и постелил его на широкой лавке. Он вполне уютно устроился на этой импровизированной постели, положил руки под голову и закрыл глаза.
Мужчина прислушивался к тому, что творится за печкой, жадно ловил звук дыхания девушки, каждый вздох, каждый негромкий скрип кровати.
В избушке было тепло и тихо, пахло полынью и чёбором. Огонёк свечи, стоящей на столе, дрожал и едва заметно колыхался, наполняя комнату пляшущими тенями.
Вадим представил, как хорошо будет здесь зимой, когда лес заметёт снегом. Мороз нарисует на стёклах причудливые узоры, а печка будет уютно трещать еловыми дровами, наполняя воздух запахом хвои. И никто не сможет прийти и потревожить его уединение.
«Вот только я уже не буду светлым колдуном. Моя жизнь будет наполнена… А чем собственно будет наполнена моя жизнь?» – размышлял чародей засыпая.
Кира же спать не собиралась. Она притаилась в своём уголке и тихонько выглядывала время от времени наружу, наблюдая за своим тюремщиком. Вадим и не думал волноваться или переживать о том, что пленница может сбежать от него. Он преспокойно улёгся, и вскоре дыхание его стало размеренным, тело обмякло, а лицо приняло умиротворённое выражение.
«Спит. Ну, ничего, пусть получше уснёт, тогда я тихонько выйду на улицу. А потом…»
Что потом девушка не придумала. Она немного нервничала, ведь ещё ни разу не бродила по ночному лесу. Днём он не показался ей страшным. Хотя есть шанс встретить волка или какого-нибудь другого хищника. Но ведь можно было и не встретить, а в жертву её принести собирались вполне определённо.
Кира не спускала глаз с Вадима. Она совсем уже было собралась выбраться из своего укрытия, как вдруг с мужчиной начало происходить нечто странное.
Неожиданно он вытянулся в струнку, прижав руки к туловищу и расположив их вдоль тела. Глаза его были всё так же закрыты, дыхание оставалось ровным, лицо расслабленным и спокойным. Вот только прямо из груди колдуна, с той стороны, где билось сердце, начало выбираться большое насекомое.
Кира охнула и закрыла себе рот рукой. Зрелище было не из приятных. Сначала из-под белой ткани рубашки показались тонкие мохнатые лапки, они раздвинули переплетённые нитки, проталкивая наружу округлое тельце. А следом появилась голова с прижатыми к спинке усиками.
Насекомое легко просочилось сквозь плотный лён и расправило коричневые с жёлтыми крапинками крылышки. Теперь на груди у Вадима сидел крупный ночной мотылёк.
Девушка уже видела подобного в первую ночь, он залетел к ней в комнату. Но в тот момент насекомое её совсем не пугало, а вот сейчас вызвало невольный трепет. У неё создалось впечатление, что мотылёк вылез из тела молодого мужчины, как будто он сидел у него внутри и, разодрав кожу, выбрался наружу.
Кира передёрнулась от ужаса и отвращения. Она ещё больше уверилась в мысли бежать подальше от колдуна с его ритуалами, жертвами и мотыльками.
Девушка тихонько слезла с кровати, отыскав в темноте свою обувь, стоящую на полу, и несмело выглянула из-за печки.
В комнате было тихо. Вадим спал, а мерзкий мотылёк кружил над столом и печкой, как будто высматривая, что делается в избушке.
К Кире насекомое не приближалось, чему та была безумно рада. Стараясь не дышать, она на цыпочках кралась к двери, всё время бросая настороженные взгляды на спящего Вадима. Тот не шевелился.
Вот, наконец, и дверь! Девушка потянула на себя деревянную створку, и она поддалась, отворившись с лёгким скрипом. Кира замерла, с испугом взглянув на колдуна, но тот спал крепко и даже не думал открывать глаза.
В приоткрытую дверь проник свежий ночной воздух. Он был несколько прохладнее, чем в избушке, и наполнен лесными звуками.
«Страшно! Может остаться?» – подумала, Кира вглядываясь в темноту.
Сейчас, когда из-за каждого тёмного куста слышались таинственные шорохи, тут и там раздавалась перекличка невидимых птиц и треск ночных насекомых, идея отправиться в эту мрачную черноту уже не казалась ей хорошей.
«Останусь – умру!» – напомнила себе девушка и шагнула за порог.
Она тихонько притворила за собой дверь и побрела в сторону возвышающихся в темноте деревьев. Мотылёк, который выбрался из-под рубашки Вадима, каким-то неведомым образом оказался рядом с ней. Он порхал над головой у девушки, и быстрые взмахи пятнистых крылышек создавали негромкий стрекот.
Уходить от избушки Кире было жутко, но оставаться на верную смерть ещё страшнее. Подумав о том, что Вадим может проснуться и обнаружить её пропажу, девушка ускорила шаг и постаралась скорее скрыться за корявой ивой, стоящей ближе всего к домику.