На нетвёрдых ногах Вадим приблизился к алтарю и взял в руки нож. Пальцы его дрожали. Ещё немного и он будет проклят. Колдун сможет получить всё, что пожелает – богатство, славу, власть, любовь окружающих. Всё, кроме того, что ему действительно нужно.
Вадим окинул взглядом комнату. Родственники его окружили стол и горящими любопытством глазами уставились на лежащую без движения жертву. Они ждали, мысленно потирая руки от предвкушения. Все их мерзкие мысли были видны чародею как на ладони.
В эту секунду Вадим почувствовал отвращение к ним. Он никогда не был близок с родителями и сестрой. Ведь с самого детства они относились к нему с опаской, сторонились особенного ребёнка, так не похожего на них самих.
Отец Вадима был сыном старого чародея, его деда. Он родился обычным человеком, не имеющим никаких магических способностей, и был этому несказанно рад. Мужчина не работал в своей жизни ни дня, и слепо подчинялся властному отцу. Женился на той, кого выбрал ему дед. Зная о страшном проклятии, он чуть ли не с рождения сына готовил того принять его.
Привыкшие к роскошной жизни на содержании у старого чародея родственники с большим трудом переносили отсутствие денег. Ведь со смертью колдуна их богатая жизнь осталась в прошлом. И вот теперь они с радостным возбуждением ждали, пока Вадим проведёт ритуал и вернёт им комфортное существование, к которому они привыкли.
«А ведь им плевать на человеческую жизнь! Они жаждут смерти жертвы, и убийство не кажется им чем-то чудовищным! – с ужасом подумал колдун. – Они готовы растерзать бедную девочку собственными руками!»
Мужчина перевёл взгляд на Киру и вздрогнул. Девушка лежала без движения, бледная, как смерть, и смотрела в потолок огромными серыми глазищами. Волосы её разметались вокруг головы, в них запутались гроздья ягод. Алый сок спелых плодов прорвал тонкую кожицу и оставил алые брызги на белых щеках и тонкой шее.
Грудь несчастной жертвы судорожно вздымалась, длинные пальцы впивались ногтями в ладони, оставляя кровавые полосы.
Вадим подошёл ближе. Он не хотел смотреть ей в глаза, но взгляд его помимо воли снова и снова возвращался к осунувшемуся личику и тонул в бездонных озёрах стального цвета.
– Давай, Вадим! Время идёт! Полдень наступит через несколько минут! Зачем было так долго тянуть? Мог бы сделать это ещё ночью! – с раздражение воскликнул отец.
Колдун вздрогнул. Он взял жертвенный нож и сжал его в руке с такой силой, что пальцы побелели.
– Чего ты ждёшь? – вторили мать и сестра. – Ведь нужно ещё спрятать тело!
Вадим увидел, как Кира вздрогнула. Две крохотные слезинки, блестящие как маленькие бриллианты, скатились из уголков её глаз. Она вздохнула и закрыла глаза, готовясь принять неизбежное.
Чародей подошёл вплотную к столу и замер, не смея поднять нож. Он почувствовал терпкий аромат ягод, свежий запах травяного мыла, исходящего от волос Киры, и девичьего пота, выступившего на её теле от ужаса.
Мужчина наклонился, и Кира, как будто почувствовав это, зажмурилась, готовая принять свою участь.
Вадим неимоверным усилием воли заставил себя поднять нож и замер в таком положении, обводя глазами зал. Мёртвые девушки застыли с выражение скорби и ужаса на полупрозрачных лицах, а глаза родни загорелись от возбуждения. Они даже подались вперёд, желая увидеть, как острый нож вонзится в тонкую кожу, как брызнет кровь, захрипит и забьётся в конвульсиях несчастная жертва.
Тошнота подкатила к горлу Вадима. Убийство было чуждо его миролюбивому нраву. Но это убийство было отвратительно вдвойне.
И в это самое мгновение Кира открыла глаза. Их взгляды встретились, и колдун утонул в блестящей от слёз серой глубине.
Нож выпал из рук чародея. Он понял, что не убьёт её, даже если от этого будет зависть его собственная жизнь, даже если весь мир провалится преисподнюю.
– Вставай, иди сюда, моя красавица… – прошептал он.
Девушка, ничего не понимая, захлопала ресницами. Она ждала смерти, но её всё не было. Увидев, как нож выпал из рук Вадима, Кира не поверила своим глазам и сейчас не знала, чего ей ждать дальше.
– Вадим! Ты с ума сошёл? – возмущённые крики родни наполнили зал. – Убей её! Что ты вытворяешь? Ещё минута и будет поздно!
Колдун не обратил на это никакого внимания. Он склонился к девушке, ласково касаясь её лица дрожащими пальцами. Поняв, что мужчина не собирается её убивать, Кира разрыдалась от нахлынувшего облегчения. Она потянулась к нему руками и повисла у Вадима на шее, трясясь всем телом.
– Всё хорошо, я не трону тебя… – шептал он, прижимая к себе дрожащую девушку.