Валя научилась защищаться. Прятать вилку под подушку, надевать комбинезоны, избегать ситуаций, когда приходилось оставаться вдвоём.
Если потеряет место в общаге, снимать квартиру она просто не потянет. Нужно искать соседку. Или мать скажет поступать в своём городе и жить дома. А значит, бок о бок с отчимом.
В этот момент послышалась возня с навесным замком. Валя вскочила, от чего к горлу вновь поступила тошнота. Хотелось оттолкнуть комендантшу и бежать в комнату. Но она понимала, что сейчас важно не бесить её. Сжав кулаки, она виновато смотрела на женщину.
— Пока иди в комнату. Утром с тобой будут разбираться.
— Спасибо, — выдавила из себя девочка и торопливо прошла, надеясь, что та не услышит запах спиртного. На этаж она поднялась тихо. Удивительно, но он не был закрыт. Видимо, дежурная ушла на другой этаж. Валя прошмыгнула в комнату. Алла, увидев её, отпрянула, сидя на кровати. Но Валя лишь бросила на неё полный ненависти взгляд и легла в постель, даже не раздеваясь.
Алла сидела с испуганным видом, поджав колени.
Валя лежала на спине, безразлично уставившись в потолок.
Маша так и не повернулась. Лежала, что-то рисуя на холодной стене.
А взрослая жизнь только начинала показывать свои зубы.
Утро началось со звуков. Но это было не пение птиц. И даже не стук коменды в дверь. Это была Валя, согнувшаяся над тазом. Вчерашнее пиво оказалось гораздо крепче её организма. Алла брезгливо скривилась. Маша лишь удивлённо подняла бровь. Валя, освободив желудок, и немного отдышавшись, встала на колени, стянула со спинки кровати полотенце и вытерла лицо. Алла ещё сильнее скривила губы и отвернулась.
— Никогда в жизни больше не буду пить, — наконец, смогла говорить Валя.
— А я — курить, — понимающе вздохнула Маша.
— Ну-ну, — недоверчиво хмыкнула Алла.
Валя подняла таз и вышла из комнаты. Маша, взяв зубную щётку и пасту, тоже вышла.
Когда Алла осталась одна, она почувствовала облегчение. После вчерашнего вечера в комнате слишком ощущался негатив. Девчонки явно её не простили и не горели желанием разговаривать с ней. Хотя, всего сутки назад они трепались обо всём подряд, вместе листали журналы мод и вырезали фотографии любимых исполнителей, клея их на обои или в тетради, рядом с текстами их песен. Прошли всего сутки…
В течение дня ни Валя, ни Маша к ней не подходили. В столовой, увидев девочек, сидевших за одним столом и мило беседовавших, она захотела по привычке подсесть к ним. Но Валя кинула рюкзак на скамейку и одарила ее злобным взглядом. Маша сидела, не поднимая головы, упорно ковыряя вилкой гречку.
— Да пошли вы, больные, — гордо фыркнула Алла и, цокая каблуками, пошла за другой стол, села в гордом одиночестве, решив, что так даже лучше
Уже заканчивая обед, она спиной ощутила, что к ней подошли. Подняв голову, увидела Валю, стоявшую позади с тарелкой второго.
— Я тут не доела, — она вывалила остатки обеда в тарелку Аллы.
Еда разлетелась. Алла взвизгнула и вскочила со скамьи. Но Валя невозмутимо, с усмешкой смотрела на недавнюю подругу.
— Тебе же привычнее моё подбирать, — и вернулась к своему столу, где с округлившимися глазами сидела Маша.
На мгновенье в столовой повисла тишина, но уже в следующий миг помещение разорвал хохот и улюлюканье. Но Алла их уже не слышала, она бежала подальше оттуда, на бегу стряхивая с себя остатки еды.
Алла могла многое вытерпеть и даже повернуть в свою сторону, но такого унижения она никогда в жизни не испытывала. Это было слишком. Она уже не слышала хихиканья встречавшихся на пути студентов, хотелось только одного — скорее убраться из этого ада.
Конец ознакомительного фрагмента