Волей-неволей Вера вспомнила ТОТ ДЕНЬ. Возможно, она совершила большую ошибку. Но если бы поступила иначе, кто знает, сидела бы она вот так сейчас и пришлось бы ей решать эту головоломку, которая на деле выеденного яйца не стоит. Видит бог, приходилось принимать и более сложные решения, и она не дрейфила. Что же с ней стало за пару лет, если она шарахается от людей? Неужели она никому теперь не сможет доверять? Загнала себя в банку, законсервировалась тут.
- Вера, ты с нами?
- А? Да, конечно, - девушка тут же поднесла к губам чашку, как если бы хотела спрятаться за ней, Люся встала, а Данила так и продолжал сидеть так, будто пику проглотил.
- Данила, еще чайку?
- Нет, что вы, - опять эта ослепительная улыбка. - Наверное, пора уже приниматься за дело. Если вы не против.
Люся деликатно ушла от ответа. Захватив кружки, вазочку и чайник, они с Верой скрылись в доме.
- Надо брать, - зашептала Люся. - Он нормальный парень. Я вижу.
- Мне он все равно не нравится. Какой нормальный человек проедет тысячу километров на велосипеде?!
- Сотни спортсменов ежегодно проезжают и больше, - назидательно возразила Люся. - Про "Тур де Франс" слышала?
- Люся!
- Ты мне тоже сначала не очень-то понравилась. Правда. Но ведь я дала тебе шанс, - Люся сгрузила чашки в раковину и принялась быстро орудовать пенной губкой. - В тебе говорят твои страхи. Вер, я знаю, что тебе пришлось пережить что-то страшное. Я видела шрамы. Поэтому и не стала ничего выпытывать, хотя Любопытство - мое второе имя, - улыбнулась женщина. - Данила не выглядит напуганным или загнанным, возможно, его душа требует покоя, смены обстановки. Слушай, мы ведь ищем человека уже второй месяц. Мне кажется, если отказать ему, то мы никого так и не найдем до конца лета. И никакого значения не имеет, на чем приехал нужный человек, на поезде, на машине, на велосипеде или своих двоих.
- Мы и сами прекрасно справляемся.
- Нет, Верок, - Люся уже вытирала чашки, споро, насухо - Вера всегда поражалась, как легко у хозяйки это получается. Сама она всегда оставляла посуду мокрой или плохо вымытой, за что получала нагоняи. - Фиговастенько мы справляемся. Даже беседку взять, мы сидели и я все думала, не сложится ли она карточным домиком. Но бог с беседкой, в курятнице течет крыша уже который год. А боровок на чердаке? А новые клетки для кроликов? Сетки и проволоки полно в сарае, есть все инструменты, а собрать новые клетки некому. В конце концов, колодец? Ты хочешь, чтоб туда упал еще кто-нибудь и свернул шею? Да мне это теперь снится будет. Как мы подходим к колодцу, зовем Данилу и никто не отвечает. Что нам тогда пришлось бы делать, засыпать колодец вместе с телом?
Вера прыснула:
- Ты перечитала своих детективов. А беседка еще триста лет простоит.
Люся подкатила глаза и вздохнула:
- Нам нужны мужские руки. Тем более, такие как у него. Видела эти бугры, девонька? А грудь и прэсс? Никогда не видела, чтоб "кубики" так выделялись сквозь футболку. Думала, это только в фильмах показывают. Это ж терка какая-то! Вот она, работа велосипеда.
- Люся, ну что ты... - Вера почувствовала, как к ушам приливает краска.
- А что? Да, я старая кошелка. Но зрение у меня пока дай бог.
- Может он не умеет ничего, - перевела тему Вера. - Насвистел просто.
- Может быть, - согласилась Люся. - Поэтому нужно его проверить. Мы ничего не потеряем, поверь мне. А чуть попозже я расспрошу Модестыча, и мы узнаем побольше о нашем герое. Добро? - улыбнулась беззащитной улыбкой женщина. Вера с удивлением поняла, что та не только успела вытереть всю посуду, но и расставила чашки и блюдца по полкам шкафчика.
- Ладно, попробуем.
Люся вдруг покачнулась и придержалась ладонью о столешницу. Лицо ее на мгновение посерело.
- Что? Что такое?
- Я... - Люся поморгала, затем глянула на Веру так, как будто видела впервые. - Ничего. Помутнело в глазах, давление, наверное.
- Точно все нормально?
- Да.
Глава 3
ГЛАВА 3
Веру грызло раздражение не только потому, что постоянно приходилось присматривать за Данилой и свою работу она делала кое-как, наскоро, не сюсюкала с кроликами, по обыкновению, не играла с котятами, которых пару месяцев назад принесла трехцветная Маруся. Нет, Веру бесило то, что придраться к Даниле не получалось. Сплошные выверенные профессиональные движения.
Начать с того, что он поправил беседку за какой-нибудь час. Потом перешел к крыше курятника. Сам нашел доски, молоток, гвозди, рубероид. Сам поднял наверх листы шифера, отказавшись от помощи.
Данила обильно потел, тронутая загаром кожа поблескивала на солнце, будто смазанная маслом. Под футболкой перекатывались тугие мышцы, перетянутые венами. Вера пыталась убедить себя, что посматривает за ним НЕ чаще, чем того требует ситуация. Пыталась доказать себе, что перекаченные мышцы - это совсем не главное в парне, и совсем не то, что ее может привлечь.