Невообразимо.
***
- А ты еще сомневалась, - довольно хрюкнула Люся.
Вечерело, наступала та самая часть дня, когда усталость разливается по телу, а то охотно ее встречает и клонит хозяина в сон. Две женщины сидели на кухне, изредка слыша, как постукивает молоток, изредка квохтали курицы, и им вторил петух. Джек раскинулся под ногами на манер ковра.
- Я до сих пор сомневаюсь, - протянула Вера.
Они помолчали немного. Потом Люся сказала:
- Послушай, я ведь помню тебя. Ты пришла ко мне два года назад и смотрела глазами загнанного волчонка. Ты и сейчас иногда так смотришь. Я не буду говорить, что нельзя быть такой закрытой и так далее, потому что не знаю, что с тобой произошло, дитя. Захочешь - расскажешь. Но этот парень хороший. Мы последим за ним немного, но посмотри, он переделал работы на месяц вперед и завтра продолжит...
- И что? Как можно судить "хороший" он или "плохой"? Может он от... неважно. Пускай работает, но с него нельзя спускать глаз.
- Да ты уж на него глаз положила будь здоров, - ухмыльнулась Люся.
- Ничего подобного, - слишком резко ответила Вера и тут же пожалела, увидев мигом вытянувшееся лицо женщины. - Хватит уже, а? Выставляешь тут меня не пойми кем. Пускай работает, да. Только очень странно, чтоб такой человек как он, не дебил и с идеальным телом модели горбатился подсобным рабочим за три копейки. Очень странно. А учитывая мое прошлое... - она глубоко вдохнула, и заглянула в глаза Люсе: - Это не только странно, но и подозрительно. Я не хочу, чтоб у тебя были из-за меня проблемы.
- Ну, если он хочет причинить тебе зло, то он выбрал очень удобный способ. А я уж ничего не боюсь. На все воля Господня. Ну что, может отпустим этого добра молодца? Вот же человек-бульдозер... ему если сказать, что нам бассейн нужен, так он выкопает за день. Слушай, Верок... А почему нет? Ну ты представь: белые шезлонги, соломенные шляпы, крем для загара, коктейли с трубочками... Всю работу делает Данила! А мы отдыхаем. Надо поставить бассейн на повестку дня, - подняла указательный палец женщина с самым царственным видом.
- Ой, Люся...
- Да шучу я, шучу-у!
***
Глава 4
Неутомимый работник ушел в седьмом часу. Такой же серьезный, молчаливый, но улыбчивый, покрытый слоем грязи, отчего рельеф подчеркивался еще сильнее, Данила и виду не подал, что устал.
Люся почирикала с ним, хотя он отделывался в основном улыбкой и кивками, предложила принять душ - он согласился, хотя и колебался поначалу.
- Выдай солдату полотенце, - скомандовала Люся. - Это вроде не такое стыдное, как считаешь?
- Нормальное, - кивнула Вера. - Почему солдат?
- Не знаю. Он мне солдата напоминает. Что ни скажешь - исполняет. Ой, у меня варенье... - подхватилась женщина, а Вера пошла к двери летнего душа. Сама девушка им пользовалась редко, только в самые жаркие дни, а Люся даже утром споласкивалась в этой кирпичной будочке с тронутым ржавчиной баком на крыше.
Стоя под дверью и слушая плеск воды, Вера вновь поймала себя на странных мыслях о незнакомце. К вечеру он уже не выглядел таким угрожающим, но загадка никуда не делась.
Глупо думать, что Данилу подослал ОН. Однако Вера нутром чувствовала, что парень оказался здесь случайно. Более того, что мешало ему найти работу на заправке, например? Им постоянно требуются люди. Да и мало ли вакансий подсобником! Вера поругала себя за то, что не задала все эти наводящие вопросы, но теперь уже будто и поздно.
Надо сказать, что Даня всколыхнул не только страхи и тревоги касательно ЕГО. Проснулись вязкие и ледяные мысли насчет НЕЕ. А от этих мыслей отделаться куда сложнее и Вера уже знала, что сегодня перед сном она будет вновь и вновь накручивать их, как жилы на шестеренки
Щелчок, дверь открылась и хлопнула девушку в лоб. Вера ойкнула и отскочив, наткнулась на низенькую изгородь. Взмахнув полотенцем, она поняла, что... висит в воздухе, а ее талию мягко обхватила надежная рука.
Грудь тут же сдавило, легкие перестали впускать кислород. Накатила черная пузырчатая пелена и чтоб прорвать ее, Вера с криком махнула рукой.
Ногти погрузились в щеку Данилы, и он тут же отвел руку Веры, а она забилась в его объятиях, как пойманный мотылек. Глаза Данилы, синевато-голубые, со смешинкой, изучали ее - все с тем же профессорским интересом.
- Что... такое? - вскрикнула позади Люся. - Что у вас тут?