Грейсон отпустил мои волосы, тем самым давая относительную свободу. Его рука переместилась к талии и, ухватившись за нее, зафиксировала мое тело. Поджав пальцы на ногах, я зубами вгрызлась в подушку, пытаясь подавить эти проклятые стоны. Ни что уже не имело значения, ни температура, ни боль в горле, ни кровь, что тяжелыми толчками все еще била по вискам. Мне было так стыдно за то, что Лерой так просто «настроил» мое тело и разум на свою волну. Как так вообще получилось?
— Давай, отпусти себя, — зарычал он, подняв меня.
Я едва стояла на коленях, а Грейсон продолжил меня насаживать на член. Рука переместилась к моему животу, чтобы удерживать меня, а вторая все так же безбожно мучила, терзала мой набухший клитор. Пот струился по спине, а воздух показался мне обжигающе-горячим. Мне было хорошо… Черт бы его побрал!
— Хочу тебя слышать, — Лерой вонзился мне в шею, будто демон, жаждущий крови, больше сопротивляться собственным крикам я попросту не смогла.
Они разрывали мне горло, но мне было плевать, я хотела большего. Еще и еще… Дьявол заворожил, опьянил меня, и сейчас я была не я. Это было странно и абсолютно неправильно. Обессилив, я чуть не повалилась вперед, но Грейсон удержал меня и прижал к своей груди. Наша кожа терлась друг о друга, смешивался пот, смешивались наши запахи. Как странно, но сейчас я не ощущала привычного чувства, что рога быка с красными глазами должны вот-вот пронзить меня.
Я откинула голову на плечо Лероя, судорожно ловя ртом воздух. В какой-то миг, внутри меня словно бы все сжалось в тугой немного болезненный узел, а потом его будто бы обрубили и весь внешний мир перестал существовать. Мое тело выгнулось дугой, а из горла вырвался полу крик, полу стон, то ли человека, то ли животного. Запредельная черта была пересечена, погружая меня в негу и необъяснимое физическое удовлетворение. Грейсон продолжил свои беспощадные толчки, от чего мое удовольствие лишь продлилось дольше, а затем горячая жидкость заполнила мое влагалище, и Лерой обеими руками прижал меня к себе. Его тело дрожало, как и мое — это был верный признак полного удовлетворения. Наши тяжелые дыхания в определенный момент стали единым целым. Мое тело напрочь лишилось сил и когда Грейсон отпустит, я тут же упаду.
Не знаю, сколько прошло времени, но Лерой убрал от меня свои руки. Я легла и свернулась клубком. Сердце в груди все еще билось как умалишенное.
— Убью, — вдруг произнес Грейсон, вставая с постели, — но позже, когда Калэба не будет рядом, — забрав свои вещи, Лерой покинул мою спальню.
— Сможешь ли убить, сам находясь рядом? — сонно прошептала я сама себе, после чего сознание отключилось.
20
Утром следующего дня меня разбудила Хэтти, чтобы померять температуру и дать стакан подогретого молока с медом. Все мое тело болело, но не из-за простуды, а из-за Лероя. У меня сложилось такое впечатление, что по мне проехался раз так сто какой-нибудь поезд, особенно ныл низ живота, и жгло шею в том месте, где меня укусил Грейсон.
Я плотней закуталась в одеяло, так как была голой, и совсем не хотелось, чтобы Хэтти меня застала в таком виде. Она поставила стакан с молоком на прикроватную тумбочку и полезла в карман передника за градусником. Я уловила краткий взгляд женщины, обращенный на мой укус, мне почему-то стало неловко. Не знаю почему, но я была практически уверена в том, что Хэтти прекрасно догадывалась о природе моего укуса и о том, что здесь сегодня ночью происходило.
— Как ваше самочувствие? — спросила домработница, подложив градусник мне подмышку.
— Чуть лучше, чем было, — я откашлялась и взяла в руки в стакан.
— Хорошо, выпейте молоко, а затем собирайтесь и спускайтесь на кухню. Я уже приготовила завтрак.
— Спасибо большое, — я затаив дыхание, быстро выпила молоко, но тут же наморщилась, почувствовав его сладковатый привкус.
— Что желаете, надеть? — Хэтти открыла шкаф, где хранились все те вещи, которые мне купил Калэб.
— Э… Не знаю. Все что угодно, — я пожала плечами.
— Мистер Грейсон не давал никаких распоряжений по поводу одежды на сегодняшний день, поэтому, наденьте это, — Хэтти положила на кровать джинсовый комбинезон розового цвета и белую блузку с коротким рукавом и кружевным воротничком.
— Хорошо, — послушно ответила я.
— На период, пока мистер Лерой отсутствует дома, опека над вами и мистером Калэбом лежит полностью на мне.