Он протянул ко мне руку и провел тыльной стороной ладони по щеке. Сердце откликнулось на такое нежное и немного интимное прикосновение болезненным ударом. Стало нечем дышать. Жестокость мной воспринималась куда проще и безразличней, чем проявлении заботы и ласки. Я напоминала самой себе какую-то дикарку.
— Маленький ранимый Мотылек, — Лерой улыбнулся, а мне хотелось рыдать и кричать от радости. Он наклонился, чтобы поцеловать меня, я практически ощутила вкус его губ, но в следующую секунду он куда-то внезапно исчез. Я осмотрелась по сторонам и поняла, что нахожусь одна, окутанная холодной тьмой. Стало до одури страшно. Я обняла себя руками и сильно зажмурилась до ярких точек перед глазами. А когда я вновь открыла их, то обнаружила себя лежащей в кровати. За окном было светло и не осталось даже и следа от прежней тьмы.
Я задумалась, пытаясь переосмыслить, что со мной только что произошло. Лерой… Здесь был Лерой. Или нет? Я попыталась прочувствовать хотя бы призрачный намек на его энергетику, но ничего не ощутила. Пустота и покой. Стало больно… Невыносимо больно. Он мне привиделся. Проклятый Дьявол, который так бессовестно проник в мое сознание и с легкостью подчинил его себе! Но даже не это оказалось самым страшным. Хуже оттого, что я решила, будто Грейсон действительно сидел на моей постели, и ласково обращалась со мной. Это уже само по себе нереально, но я как дура все равно повелась. Супер! Собственный мозг обманул меня! Никому доверять нельзя!
21
В следующий раз, когда я пришла в себя, мне уже было значительно лучше. Пусть мозг еще не так живо воспринимал информацию и отдавал приказы телу, но, по крайней мере, меня не мучила высокая температура, которая мне казалась, уже стала перманентной. В теле ощущалась непривычная слабость, а во рту обитала такая горькая сухость, что желание выпить воды вытеснило любе другие рассуждения.
Я приподнялась и заметила на прикроватной тумбочке стакан воды. Хэтти как всегда очень предусмотрительна, за что я ей уже безмерно благодарна. Я с жадностью осушила стакана, несмотря на то, что каждый новый глоток рождал в горле неприятное жжение.
В комнату вошла Хэтти, заметив меня, она улыбнулась и быстро подошла к кровати, прислонив к моему лбу свою ладонь.
— Наконец-то температура спала, — с облегчением констатировала женщина. — Юная леди, вы заставили всех нас крепко понервничать.
— Простите, — я смутилась и вернула пустой стакан на место. — А сколько я вот так провалялась?
— Чуть больше трех суток. Мне даже пришлось Джо вызвать. Он-то вас и вытащил с того света. Калэб, конечно, тоже много болеет, но никогда ситуация не доходила до такой критической точки. Вы бредили, но к счастью, все уже позади. Как вы себя чувствуете?
— Хорошо, даже есть захотелось, — я ощутила, что мой желудок неприятно заурчал.
— Это хороший признак, — Хэтти улыбнулась, и от ее улыбки мне стало спокойней на душе. — Но для начала вам следует искупаться. Давайте я вам помогу.
— О нет, не стоит, я сама, если можно.
— Хорошо, тогда я пока для вас подготовлю одежду.
Снова находиться в вертикальном положении было как минимум странно, словно бы я заново училась ходить. Медленно я дошла до ванной комнаты, ощущая, что моя ватная голова немного кружиться. Не без труда, но я все-таки сняла с себя одежду и села в заполненную теплой водой ванну. Я аккуратно стала разминать шею, плечи и запястья. После такого длительного отсутствия какого-либо движения, все кости хрустели, вновь привыкая к прежнему темпу работы. Вот это я заболела! Да уж… Сомнительное это удовольствие.
Долго побыть наедине с собой у меня не получилось. Через несколько минут в ванную комнату ворвался Калэб. Он был весь растрепанный и одетый в пижаму, на щеке пролег тонкий след от подушки, похоже, кто-то только что проснулся.
— Мотылек! — Калэб буквально подлетел ко мне и крепко обнял, несмотря на то, что его одежда почти сразу же промокла. — Ты почему так сильно всех нас пугаешь? — он строго посмотрел мне в глаза, а затем еще раз обнял. — Не надо так больше делать.