Да, белые располагали в этом городе свободой и властью. Нам же оставались музыка и слезы.
База ВВС «Хэрлиген» должна была стать моим постоянным местом службы на четыре года. Но мне невыносимо было жить в Техасе. Я ненавидел расизм и не думал сдаваться, стремился стать свободным или покинуть Техас в гробу, накрытом флагом США.
Каждый раз, когда мне доводилось бывать в городе, н неизменно заходил в туалеты для белых и пил из фонтанчиков с питьевой водой для белых. Совершая эти опасные действия, я был одет в военную
форму и фактически стремился к конфронтации с расизмом. Для меня существовала только одна альтернатива: либо меня признают человеческим существом, либо я стану трупом. Другого образа действия я не признавал, поскольку питал отвращение к рабской психологии и с неприязнью смотрел на тех своих соплеменников, которые лебезили и унижались перед белыми.
Многие среди моего поколения разделяли эти мысли. Именно поэтому столь многие отказались выполнять воинскую повинность, другие попали под струи водометов во время демонстраций, были избиты, кастрированы и линчеваны в «самом свободном» государстве мира.
Конфронтация не заставила себя ждать. Белый парень из моей эскадрильи увидел, как я пью воду из фонтанчика для белых, и донес на меня. Меня вызвал сержант и спросил, правда ли это. Я был горд тем, что нарушил так называемые законы сегрегации. Сержант сказал, что я сумасшедший и мне следует обратиться к психиатру. На это я ответил, что сумасшедшими являются те, кто придумал идиотские таблички «только для белых».
Вскоре после этого разговора мое заикание резко ухудшилось. Я пошел к доктору и объяснил, что заикание мешает моей службе: у меня возникают огромные трудности при опросе кадетов и офицеров, что входит в мои обязанности в отделе кадров. Но лечить меня было некому — логопеда на базе «Хэрлиген» не было.
Доктор послал телекс в Вашингтон, в штаб-квартиру ВВС. Ответ был коротким — перевести меня на базу «Максвелл». Доктор сказал, что там мне смогут помочь. База «Максвелл» находится в превосходном штате Алабама.
Алабама чуть не свела меня с ума!
Алабама
Бирмингем, штат Алабама, 7 августа. Выкрикивая то ругательства, то молитвы, сегодня на костре недалеко от Энтерпрайза умер негр по имени Джон Пеннингтон. Он стал жертвой огромной толпы расистов.
Я приехал в Алабаму примерно в то же время, что и Мартин Лютер Кинг. Точнее сказать, за пять месяцев до знаменитого бойкота автобусов в Монтгомери. В то время имя Кинга не сходило с уст во всем мире.
Мне никогда не нравилась философия непротивления злу, но я испытываю огромное уважение к доктору Кингу и восхищение его мужественной борьбой с расизмом. Чтобы совершить то, что он сделал в Монтгомери, нужно иметь мужество льва.
Мне впервые пришлось лететь на самолете из Техаса в Алабаму. Здесь находилась база ВВС «Максвелл», где офицеры проходили повышенный курс обучения. Первое, что можно было увидеть, подъезжая к базе, — это огромный щит с надписью: «Добро пожаловать в «Максвелл», город Монтгомери. База 3610 и эскадрилья тяжелых бомбардировщиков. Наша задача — спасти мир для демократии».
Монтгомери ничем не отличался от городов Южной Африки, например от Йоханнесбурга. На каждом шагу встречались таблички «только для белых» — на такси, на барах, на лифтах. Особенно бросалась в глаза сегрегация на автобусном транспорте, принадлежавшем компании с Севера страны.
На автобусных остановках белые сидели на скамейках, а черным приходилось стоять. Когда подходил автобус, негры должны были покупать билет у шофера, а затем садиться только через заднюю дверь.
Я заплатил за проезд и начал пробираться к местам сзади.
— Эй ты, большой негр-летчик, — окрикнул меня шофер. — Это тебя тоже касается. Садись в конце автобуса, как все другие ниггеры, иначе я позову полицейского!
Подчиняться этому распоряжению было унизительно, но у меня не было другого выхода.
Во время гражданской войны Монтгомери был столицей рабовладельческого Юга, а президентом Конфедерации южных штатов — Джефферсон Дэвис. В его честь была названа главная улица в негритянском гетто. Там мы, черные, пели, танцевали и проклинали расистов.
Вар недалеко от улицы Дэвиса всегда охотно посещали парни с базы ВВС. Девушки в дешевых платьях развлекали нас. Иногда мы забегали в соседний магазин, чтобы подешевле купить виски. В Алабаме все винные магазины разделены пополам длинной цепью. По обе стороны стоят ящики с бутылками от пола до потолка. По одну сторону цепи бутылки продаются белым, а по другую — черным.