Ума не приложу, как качок это делает и какие сети плетёт вокруг меня, но оттолкнуть его и прервать эту сладкую пытку становится абсолютно невозможно. Мажор что-то невероятно мощное раздаёт; его губы и язык, словно адское пламя, обжигают меня своим всепоглощающим огнём. Он становится бесконтрольным, буйным и стремительным. Он чересчур активный, а я слишком вялая.
Но на каждое его мимолётное прикосновение моё тело откликается так, будто превратилось в одну большую эрогенную зону и стало сгустком нервов, слишком чувствительно воспринимающих близость чужого горячего тела.
Не понимаю, как это происходит: картинка перед глазами становится смазанной, и мысли испаряются, оставляя в голове вакуум.
Пространство плывёт, а тело пульсирует от восторга и желания быть ближе к нему. Я задыхаюсь от этих новых бешеных ощущений, которые порабощают разум и пропитывают меня целиком и полностью.
Когда кислород в лёгких кончается, гад с трудом отрывается от меня, осоловело пялясь на губы.
— Ты что наделал? — шепчу едва слышно, всё ещё пребывая в какой-то прострации.
Зрачки парня с ужасом расширяются… На смену стирающей грани реальности страсти приходят стыд и злоба.
— Твою мать! Какого хрена я творю?! Фу! Выдра! — он начинает сплёвывать, с такой яростью и остервенением вытирая тыльной стороной ладони рот, будто только что поцеловал жабу. — Я этого совершенно не хотел! Ты какая-то ведьма чёртова! И ты мне противна!
Меня словно со всей дури с высоты о холодный бетон швыряют. Вздрагиваю от болезненного укола в груди. Мне почему-то впервые за время общения с этим уродом становится по-настоящему обидно и больно. Сердце за секунду сжимается до размеров крохотного камушка.
Мажор же тем временем грубо отталкивает меня в сторону и ошарашенно замирает, испепеляя взглядом.
— Ничего не было! Ты поняла меня?! — орёт, как потерпевший, словно не он ещё минуту назад одержимо терзал мои губы. — Я к тебе не прикасался и тем более не целовал!
— Поняла, — отрешённо и потерянно пожимаю плечами, толком не вникая в суть сказанного.
— Если в универе или где-то ещё узнают, что я с тобой сосался, это будет пиздец какой урон по моей репутации, — морщится кобель недовольно.
— Ай… — очередной острый осколок глубоко ранит, попадая в самое сердце; от боли, кажется, даже вскрикиваю, но через секунду выравниваюсь. Какого чёрта?! Мне плевать, что говорит и думает обо мне этот тупорылый качок!
Всегда было всё равно на подобные выпады и гадости в мою сторону. Это никогда меня не задевало и не обижало, ведь я считала себя выше этого, сильнее. Так почему же так саднит в груди сейчас? Что со мной?! Я должна дать ему достойный ответ, поставить на место, отстоять себя, в конце концов!
А вместо этого стою, покачиваясь на месте, и, как малахольная, смотрю на подонка, не в состоянии отзеркалить его оскорбление.
— Ну и чего застыла? Свободна! Проваливай! — скалится шакал. — Деньги я отдал твоему хозяину, он тебе заплатит! Танцуешь ты стрёмно, да и сама не «айс», так что больше не попадайся у меня на пути!
Молча бреду в гардеробную, на автопилоте надеваю ветровку прямо на танцевальный костюм, на босые ноги натягиваю свои старенькие, поношенные кеды.
«Не попадайся у меня на пути…» — на повторе звучит в висках грубый голос. Я и сама рада никогда больше не видеть и не знать подонка, не чувствовать того, что почувствовала при первом поцелуе с ним! Но ощущения настолько сильные и яркие, что, боюсь, мне этого никогда не забыть!
Вернувшись домой, пытаюсь согреться и собрать себя на части под тёплым пледом, но дыхание всё равно не выравнивается, а горячие слёзы катятся по щекам сами по себе…
Зарождается стойкое ощущение, что внутри меня щёлкнул какой-то тумблер, и теперь я становлюсь максимально уязвимой, пропуская тяжёлые удары во все уголки своей души.
Да, мажор прав: я никогда не была красоткой, но всегда могла дать отпор и постоять за себя; я считала себя неуязвимой, считала, что моя сила и уверенность в другом! А сейчас он эту уверенность пошатнул, не приложив никаких усилий.
❤️❤️❤️❤️
Всем большое спасибо!) С этой главы история отправляется на подписку!;)