— Как дела? — в спешке смазанно целую, словно одолжение делаю ей я. Хотя именно так и есть. Глаза Ани от удивления округляются, походу, не ожидая такого поворота.
— Всё хорошо, — растерянно лепечет, — ты говорил, что приготовил для меня сюрприз, — интересно, какой?! Хочется чего-то необычного!
Охренеть! Необычного ей хочется! А мне хочется поскорей тебя нагнуть, так что теперь делать?! Давай идти на компромисс…
— Эм… Да, сюрприз. Поехали в рестик на набережную, ты, наверное, голодная? —озадаченно чешу затылок, неосознанно высматривая в толпе рыжое пятно.
— Макс, ты издеваешься?! — Дворецкая обижено дует губки, — Каждый день одно и тоже! Ты становишься предсказуемым, я теряю интерес.
Чего, мля? Интерес она теряет, а я, блядь, теряю терпение, вот вообще на грани! Уже на взводе из-за выхватней рыжухи, ещё и зефирка своим нытьём и недовольством добивает моё шаткое спокойствие. Сегодня всё бесит как никогда. Рискую просрать всё, к чему шел почти три месяца, крайней фразой:
— Аня, когда ты уже мне дашь?! — спрашиваю в лоб, не мешкая, — Мне нужен секс, срочно, желательно даже сейчас!
— Что?! — похоже, шок Дворецкой в шоке. От покладистого цепного пёсика Максимки, который тащится за ней несколько месяцев подряд, она такого «па» уж точно не ожидала. Принцесса, бля!
— Ты вообще нормальный?! Ты что себе позволяешь?! Тебе нужно только одно!
— Погоди, — притормаживаю, хватая её за руку, — давай сейчас без мыльной оперы? Я говорил тебе, что ты мне нравишься и я хотел бы с тобой отношений. Ты же взрослая девочка, понимаешь — отношения равно секс. Выкупаешь, о чём я?! — приходится на пальцах объяснять.
Внимательно заглядываю в голубые глаза Ани, а в голове вопрос неуместный вертится: что за рыжий осьминог у той бичихи на голове? Почему она носит такую огненную причёску? Вот же ебучий случай! И на хрена я сейчас об этом думаю?! На кой чёрт мне эта информация?..
— Ты такой же, как все! — фыркает Дворецкая. — Тебе нужен только секс! А я лишь попросила дать мне немного времени! Не вижу смысла продолжать наши встречи! — толкает меня в плечи и сбегает вниз по ступенькам.
Заторможенно наблюдаю за ней, заложив руки в карманы рваных джинсов, не предпринимая абсолютно никаких попыток её вернуть или остановить. Я подумаю об этом завтра, а сегодня мне интересно, на каком факультете учится красноголовая выдра и где она живёт. Судя по повадкам и внешнему виду, она из неблагополучной семьи. Поди, обычная отбитая шалава, которая танцует стриптиз в дешёвом ночном клубе. Твою налево, Карп! Тебе не кажется, что ты берега попутал, и думаешь об этом малолетнем недоразумении больше, чем положено?! Это просто девка! Беспардонная некрасивая засранка, которая получит своё при первой же встрече, я её опущу, и поделом! Кто она, что она? Какая мне разница?! Зачем засорять дерьмом свою светлую голову? Достаточно того, что её появление привело к какому-то необъяснимому сбою во всех моих чётко слаженных системах, ведь из-за этой чертовки я едва не послал Дворецкую, за которой бегаю почти три месяца, что для меня рекорд! Обычно тёлки сами прыгают под меня, а здесь я, как последний лох, устраиваю конфетно-букетный период самой неприступной девушке универа. И тут из-за какой-то стрёмной стриптизёрши с нелепой огненной шевелюрой все мои труды идут насмарку! Это она во всём виновата! Конечно, она! А кто еще?! Сука! Довела меня! Теперь нужно идти извиняться перед Аней.
Являюсь в универ с огромным шикарным букетом роз и цепляю обиженную Дворецкую на перемене в коридоре. Цветы и абонемент в спа-салон делают свое дело. Принцесса Несмеяна слегонца смягчается и меняет гнев на милость.
— Мне было очень обидно и неприятно. Твое поведение было оскорбительным. Я проплакала всю ночь, — зефирка делает вид, что всё ещё обижена, но на самом деле уже вовсю разглядывает абонемент возбуждённо горящими глазами.
— Малыш, прости, вчера был паршивый день, вот и сорвался на тебе, — обнимаю её, привлекая к себе, — на самом деле, всё, что я вчера наговорил, полный бред, и, конечно же, я так не думаю!
Ага, блядь! Не думаю! Как бы не так! Самому от своих слов смешно становится.
— Ты моя принцесса, самая красивая, самая лучшая, Я буду ждать, сколько потребуется! — вновь завожу свою традиционную шарманку, универсальный подкат, и на недотрогу Дворецкую он тоже действует идеально: Аня томно вздыхает и утыкается носом мне в шею.
Мурлычу ей в уши свои сказки с таким артистизмом, что, кажется, сам верю в то, что несу. Поглаживаю девушку по спине, спускаясь аккурат к ягодицам, лениво гуляю взглядом по мимо проходящим студентам. Засыпаю…
Сука! Просыпаюсь! Навстречу нашей стоящей парочке, никого не замечая, уткнувшись в свой телефон, летит моя новая знакомая фурия! Рыжая чертовка! Сначала она меня не видит, но, видимо, у неё срабатывает своего рода чуйка, ведь я так распинаю ведьму взглядом, что это просто невозможно не почувствовать. Ожоги на ней оставляю. Девчонка спотыкается, тормозит и медленно поворачивает голову ко мне. Сталкиваемся взглядами — и всё вокруг плывёт. А потом и вовсе останавливается, только мы с ней вдвоём существуем. Мне кажется, что я улавливаю её запах: она пахнет яблоком и мятой. И я до пиздецов уверен, что этот запах принадлежит именно пигалице. Она замирает, и на бесячей мордашке мгновенно появляется презрение и страх. Моё кровожадное нутро торжествует. Чувствую, как рожа расплывается в зловещей улыбке Гринча.
— Ну-ка, Анюта, подожди пять минут, я сейчас вернусь, — вручаю зефирке цветы и походкой хищника не спеша направляюсь в сторону мартышки. Чувствую себя таким же контуженным, как и Егорка, только он преследовал самку, чтобы залюбить, а я — чтобы задавить.
Чертовка замечает меня, но старается сохранять спокойствие. Разворачивается в противоположную сторону и неторопливо идет прочь, постепенно ускоряясь. Знаю, она чувствует, что я иду за ней. Её страх взрывает мои рецепторы: она боится, а я тащусь! Свернув на ступеньки, выдра переходит на бег, резким движением взлетая по лестнице, но не тут-то было…
Нагоняю сучку прямо на ступеньках и хватаю за ногу. Девчонке всё-таки не удаётся удержать равновесие, и, вскрикнув, она падает. Стаскиваю пигалицу вниз, на себя, довольно ухмыляясь, пока та квакает, пересчитывая ступеньки. Поди, уже зубы потеряла.
— Теперь не удерёшь, рыжман! Я тебе тут такое пекло устрою, что вылетишь пробкой с универа! Анальной! — ржу, как маньячелло в фильме ужасов, хватая малолетку за вторую ногу. Она разваливается на лестнице, не в силах вырваться. В какой-то момент ее короткая в складку юбка полностью задирается — и прямо перед моей охреневшей физиономией открывается сочная, поджаренная задница… Фак!
Зависаю на доли секунды, лихорадочно сжимая её конечности, а потом… В меня вселяется какое-то бесовское существо из Преисподней, и я нечего не придумываю лучше, чем со всей дури укусить бесовку за ягодицу.