У барной стойки было много свободных мест и я села на одно из них, ища глазами Соню.
– Фурия? Зря ждёшь, бармен куда-то свалил, – услышала я знакомый голос и обернулась.
Это был Дима. Мы закорешились ещё в моём родном городе, ведь учились в одном классе. О том, что он тоже байкер я узнала от Арсения и мне было очень приятно встретить старого друга в этом городе. Как оказалось, он и ещё несколько наших общих друзей тоже переехали сюда, чтобы поступить в универ.
– Я здесь не за этим, Чертяга. Элли не видел?
– Во-первых, не Чертяга, а Чёрт, а во-вторых, нет, не видел, мне маленько не до этого.
– Что у тебя стряслось?
– Я рассказывал, что у меня появилась девушка?
– Да, и?
– Она здесь. Феликс заманил её сюда.
Я знала, что Феликс весьма мутный тип и нахмурилась:
– Каким образом?
– Долгая история. О, вот они.
Дима хотел было уйти, как я приостановила его.
– Напиши мне потом, что за долгая история и постарайся не развязать драку. Опять.
Чёрт ухмыльнулся:
– Замётано.
Дима ушёл, а я повернулась обратно к стойке, куда только что подошёл бармен. Мужчина средних лет с кудрявыми волосами, заделанными в пучок и круглыми тёмными очками чем-то напоминал мне злодея из фильма «Люди в чёрном». Я хмыкнула.
– Добрый вечер. Что-нибудь закажете? – спросил у меня бармен.
– Да, безалкогольный мохито, пожалуйста.
Сразу оплатив напиток, я наблюдала за работой бармена. Почему бы не выпить коктейльчик, пока жду Соню? Пусть и недешёвый.
Вдруг в нос ударил знакомый запах дорогого одекалона. Мужчина, что сел справа от меня, слегка задел меня плечом.
– Прошу прощения. Ах, это ты? – с тем же надменным тоном произнёс Андрей.
Он вообще умеет говорить без всей этой напыщенности?
– Вы обознались, – невозмутимо ответила я.
– Ваш безалкогольный мохито, – бармен поставил передо мной бокал.
– Безалкогольный? Не пьёшь, умница, – усмехнулся Кравец.
– Я на байке езжу, умник, – вырвалось у меня.
– Какая ты колючая.
Ага, кактус! Дотронься!
Выдохнув, я наконец решила начать нормальный диалог:
– Слушай, что тебе от меня надо?
– Всего лишь хочу познакомиться. Не каждый день можно встретить гонщицу инвалида, которая так легко…
Я быстро огляделась, убеждаясь, что его слов никто не услышал и резко перебила:
– Тебя возбуждают инвалиды?
Брови Кравца слегка приподнялись, он явно не ожидал такой реакции на его попытку сделать комплимент, но для меня подобные слова были на одном уровне с оскорблениями.
– Я нейтрально отношусь к инвалидам, – нашёл что ответить Андрей.
– А я херово отношусь к тем, кто после попытки изнасилования делает вид, что всё нормально.
– Ты про вчерашнее? Прости, я увидел тебя и потерял контроль. Ты сильно запала мне в душу и…
Я вновь перебила его:
– Это не давало и не даёт тебе права творить херню.
Андрей положил руку поверх моей.
– Прошу простить меня за то, что я сделал. Больше такого не повторится, – заверил он, смотря в мои глаза сквозь стёкла своих очков.
– А больше и не надо, – фыркнула я, собираясь убрать свою ладонь из-под его руки, но он слегка сжал её.
Рука Кравца была горячей, в отличие от моей и я бы соврала, если бы сказала, что мне это не нравится.
– Фурия, дай мне шанс, стань моей и я превращу твою жизнь в сказку, исполню все твои желания.
Я замолчала. Теперь осталось лишь дать окончательный ответ: согласиться или отказать. Первое – осчастливлю дорогую мне подругу, почувствую себя любимой и повеселюсь. Второе – возможно сохраню чуть больше нервных клеток. Но второй вариант слишком скучный, да и я выбрала первый ещё во время разговора с Аней, осталось лишь подтвердить. Тогда почему я опять начала сомневаться? Отчего мне кажется, что я на краю пропасти и положительный ответ равносилен шагу в пустоту?
Тут справа от Кравца села какая-то размалёванная девица в нарочито коротком платье.
– Извините, у вас не найдётся пятисот рублей наличными? Я переведу вам обратно, просто терминал сломался, а у меня с собой только карта, – защебетала эта кукла, склонившись к уху блондина.
Тот, не отрывая взгляда от меня, отпустил мою руку, достал из внутреннего кармана серого пиджака бумажник, вынул оттуда пять тысяч рублей и, не оборачиваясь, протянул деньги девушке, которая их сразу же забрала.
– Не утруждайтесь с переводом. Это подарок.
Дешёвые понты. Постоянно смотрел мне в глаза. Гад знал, что его взгляд действует на людей словно гипноз и умело этим пользовался. Я не могла не отметить кучу денег в его бумажнике, который Кравец без стеснения раскрыл передо мной. Ну и то, с каким спокойствием он даром отдал незнакомке крупную купюру.