Камила. Опять она.
"Дамир, приезжай, пожалуйста. Мне так плохо, не могу больше... Ты нужен мне". Её слова, как всегда, пронзали, напоминая о том, что мы связаны не только страстью, но и чем-то глубже — болью, которую я сам помог разжечь.
Я сначала замер, не желая уходить. Алия здесь, рядом, и мысль о том, чтобы оставить её одну, даже во сне, вызывала укол вины. "Зачем? — шепнул я про себя. — Пусть сама разбирается. Я ей все сказал еще в самом начале. Когда подготовка к свадьбе только началась". Но потом нахлынуло: я ведь начал это, я ввёл её в этот хаос, обещал поддержку, когда она была уязвима. Камила — не просто ошибка прошлого; она часть меня, и если ей плохо, значит, я тоже виноват. Ответственность, чёрт её возьми.
Я осторожно высвободился из объятий Алии, надевая рубашку в темноте. "Прости", — мысленно сказал я ей, целуя в лоб. Тихо вышел из квартиры, сел в машину и поехал к Камиле, сердце колотилось от смеси долга и желания вернуться домой.
Я подъехал к её дому уже когда на часах было 2 часа. Ночь была тихой, луна отражалась в окнах, и я думал, что Камила действительно нуждается в помощи — в том, что я могу дать. Позвонил в дверь, и она открыла почти сразу, но вместо больной женщины, которую я ожидал, передо мной стояла она — в тонком, едва прикрывающем халатике, который скользил по плечам, открывая соблазнительные изгибы. Её глаза горели не болью, а желанием, и улыбка была полна хитрости.
— Дамир, ты пришёл... — прошептала она, хватая меня за руку и втягивая внутрь. — Я знала, что ты не бросишь меня.
Дверь захлопнулась за нами, и прежде чем я успел что-то сказать, её губы прижались к моим — горячие, настойчивые, с привкусом вина и чего-то запретного. Я замер на миг, ощущая её тело, прижимающееся ко мне, руки, скользящие по спине, разжигая знакомый огонь.
“Ты обманула меня", — хотел сказать я, но слова утонули в поцелуе, а разум закричал: "Зачем ты здесь? Так же Алия...".
Но Камила не отпускала, её пальцы теребили ворот моей рубашки, халатик распахнулся чуть больше, обнажая кожу, и я почувствовал, как сопротивление тает. Вина жгла изнутри — за Алию, за себя, за эту ночь, которая начиналась как долг, а теперь превращалась в искушение. Я отстранился слегка, дыша тяжело:
— Камила, что ты делаешь? Ты сказала, тебе плохо… — Она лишь рассмеялась тихо, прижимаясь ближе.
— Мне было плохо без тебя. Теперь лучше. — Я знал, что должен уйти, но ноги не слушались.
Она схватила меня за руку, её глаза блестели от возбуждения, и потащила в глубь квартиры — прямо в спальню, где кровать была уже приготовлена, с разбросанными подушками и приглушённым светом от лампы.
— Дамир, не уходи, — шептала она, целуя мою шею, пока мы шли. — Ты мой, помнишь? Ты обещал, что всегда будешь моим! — Я не сильно сопротивлялся, тело откликалось на её прикосновения, разум затуманивался от желания, которое я так долго подавлял. Её халатик соскользнул на пол, обнажая её полностью, и я позволил себе поддаться, снимая рубашку, потом брюки, пока мы не упали на кровать.
Её руки скользили по моей коже, стягивая последнее бельё, и вот я уже лежал полностью обнаженный, её тело прижималось ко мне, губы искали мои. Но в этот момент, когда её пальцы коснулись моей груди, перед глазами вспыхнул образ Алии — нежной, спящей в моих объятьях, с её мягкой улыбкой и тем взглядом, который всегда говорил о доверии. Алия... моя жена, которую я люблю, к которой давно уже что-то тянет — не просто страсть, а что-то глубже, настоящее. Я не могу предать её, не могу разрушить то, что мы строим вместе. Ведь она только начала мне доверять и верить, что все может получиться.
— Стой, — выдохнул я, отстраняясь и садясь на край кровати. — Камила, хватит. Я не могу. — Она замерла, удивлённо глядя на меня, её дыхание было тяжёлым.
— Почему? Ты же хочешь этого... — прошептала она, пытаясь прижаться ближе. Но я покачал головой, поднимая с пола свою одежду.
— Потому что у меня есть Алия. Я не предам её. Ты обманула меня, но я не позволю этому зайти дальше. — Камила закусила губу, её глаза наполнились обидой, но я уже натягивал рубашку, собираясь уйти.
Я вышел из квартиры, сердце колотилось, и поехал обратно к Алии, надеясь, что она всё ещё спит и не заметит моего отсутствия. Но что-то внутри меня будто давало знаки, что наш крошечный мир может вот-вот рассыпаться на мелкие осколки.
Глава 17
Я проснулась от первых лучей солнца, пробивающихся сквозь шторы, и сразу же протянула руку к другой стороне кровати. Пусто. Дамир так и не вернулся.