— Ты дрожишь... — его шёпот обжёг мочку уха, а пальцы, намеренно медленные, опустились ниже, к рёбрам, к животу, к тому месту, где пульс бился на пределе возможного. — Хочешь, чтобы я остановился?
Я повернула голову, ловя его губы своими, быстро поцеловав, тихо предупредила:
— Не стоит так злить меня с самого утра... Если ты посмеешь остановиться, я...
— Эээ, не надо угроз, я всё понял... — произнёс он хрипло, и губы растянулись в довольной улыбке.
Поцелуй, глубокий, тягучий и жаркий, растопил последние остатки разума. Его рука скользнула между бёдер, и из моей груди вырвался стон, сминающий все границы.
— Тише... — прошептал он. — А то стражи на помощь сбегутся.
Но я уже не могла сдерживаться — его пальцы двигались с мучительной точностью, то замедляясь, то ускоряясь, будто знали мой организм лучше, чем я сама. Я вцепилась в простыни, чувствуя, как внизу собирается тот самый сладкий ураган...
— Вот так... — он прикусил моё плечо, когда моё тело вдруг напряглось, — давай же, выпусти всё.
И я выпустила — с тихим криком, с дрожью в коленях, с его именем на губах. А он не останавливался, продлевая наслаждение, пока я не стала млеть в его объятиях, беспомощная и счастливая...
Он вошёл, вкладывая в каждое движение не только страсть, но и магию, которая разливалась по телу, смешиваясь с моей, рождая новые, неведомые ощущения. А потом мы лежали, прислушиваясь к дыханию друг друга.
— Тори... — вдруг нарушил молчание Ивор.
— Ммм?
— Там Фредерик плачет.
Я встрепенулась:
— Я ничего не слышу. Ивор, к тебе вернулась магия, но ты же управлял звуками.
Он пожал плечами:
— И теперь управляю. Но к этому добавился ещё и слух.
— А сейчас плачет?
— Да. Мэни его качает, но он требует маму.
Я поднялась, накидывая халат.
— А точно маму? Не папу?
Принц тихо засмеялся и тоже начал одеваться. И через две минуты мы уже стояли у колыбели, где маленький Фредерик, красный от возмущения, размахивал кулачками.
— Вот же тиран, — проворчал Ивор, но глаза его светились тёплым смехом. Он бережно подхватил сына, и тот моментально притих, уткнувшись носом в его шею.
— Магия отцовских объятий? — я провела пальцем по пухлой щёчке наследника.
— Нет, просто пахну тобой, — он прижал ко мне младенца, и Фредерик тут же ухватился за мой халат. — Видишь? Требовал тебя.
Я взяла ребёнка на руки, а Ивор обнял нас обоих.
Полтора месяца назад, когда Ивор, после бессонной ночи у двери моей спальни, наконец увидел новорождённого сына, магия вернулась к нему в тот же миг.
Невольно я улыбнулась, вспомнив, как он вышел на балкон и закричал, отправляя своё магическое послание каждому жителю Окса:
— У меня родился сын!
Помню, как я смеялась, обнимая подушку, пока он стоял на балконе — босой, в помятой рубашке, с глазами, полными слёз и того самой магической искры, что потерял когда-то.
— Он определённо сошёл с ума, — сказала Фелиция, приехавшая проведать меня.
— Ну, главное, что от счастья, — успокоила всех Миранда.
Конец
Понравилась книга? Поддержи автора - поставь «звездочку» и напиши комментарий по ссылке
https://litnet.com/ru/book/moya-chuzhaya-koroleva-b500718