Костромин никогда не испытывал нехватки любви и внимания. Он рос в полноценной семье, где родители любили друг друга и баловали его. У него было счастливое детство. И Данил всегда знал — у него самый лучший папа в мире. И самая замечательная мама. Добрая, веселая, красивая и сильная.
Даже будучи маленьким и не знающим всей правды — Данил не чувствовал себя брошенным, когда мать с Алексом развелись. Алекс любит его. Но у Алекса другая семья. Его семья. А у Данила — никого. Даже Игнат, отводящий взгляд и за что-то извиняющийся — так и не стал частью его мира.
После кладбища Данил выл всю ночь, уткнувшись в мамино платье. Он сходил с ума в четырех стенах, разгромил пол квартиры, не ел, мало пил. И никого не пускал в свое одиночество. Пока в одно утро не приехал Кирилл. И понеслось. Секс, алкоголь и «Агата Кристи» под гитару.
Время замедлилось и растянулось в одно сумасшествие на грани удовольствия. И Данилу впервые за несколько месяцев было легко и хорошо.
Но два дня назад реальность вернула его из дурмана наслаждения. Неожиданно к нему домой нагрянул Алекс. Злой, чуть морду не набил. Попытался пожурить Данила, как будто тот маленький мальчишка, но лишь устало махнул рукой и сказал, что с Крутовым беда.
— Даня, братуха!
Данил опустил голову, стряхивая воспоминания. Напротив стоял длинноволосый парень в косухе.
— Здорово, Дэн, — улыбнулся Данил неожиданной возможности отвлечься от тягостных мыслей. — Какими судьбами? — спросил, пожимая приятелю руку.
А Дэн вдруг напрягся и руку не отпустил.
— Опа, а это чё такое? — вместо ответа кивнул на темный след от наручников на запястье. — Любишь погорячее? — и лукаво сощурился.
Данил выругался, выдернув руку, и спрятал в карман джинсов, натянув рукав ветровки. Дэн хмыкнул и присел рядом.
— Так какими судьбами здесь? — повторил вопрос Данил.
— Матушку навещал. Чё-то мотор барахлит у нее, — Дэн провел пятерней по волосам, собрал в хвост и снова выпустил. Данил раньше не замечал за приятелем подобных девчоночьих жестов. Да и волосы длинные тот раньше не носил. — А ты давно откинулся?
— Недавно, — нехотя буркнул Данил. Развивать эту тему не хотелось. Забыть бы побыстрее. Серые стены камеры с нужником в углу. Узкие нары с провонявшим сыростью и чужими телами матрасом. Лязг дверей и бурду в алюминиевой миске. Да только то время, проведенное один на один с собственной совестью в «каменном мешке» тюрьмы, никак не удавалось вычеркнуть из памяти.
Отец позвонил вовремя — избавил Данила от объяснений.
— Извини, — бросил он Дэну, отходя.
— У Артема остановка сердца, — холодный голос отца в трубке.
— Жив? — спросил Данил и перестал дышать.
— В коме. Я жду тебя у себя. Будем кино интересное смотреть.
— Кино? — не понял Данил. Оглянулся, но Дэна и след простыл.
— Кино, сынок. Боевик я бы сказал. Игнат уже в пути.
Кино действительно смахивало на боевик, только фантастический. Потому что на записи с камеры наблюдения в палате Артема было четко видно, как Данил пытается убить Крутова. Вот он входит в палату, намеренно пряча лицо от объектива камеры. Но рост, походка, одежда — все его. И голос…Голос тоже принадлежал Данилу. Вот он подходит к кровати и что-то вводит в капельницу, отчего показатели на мониторах резко меняются.
Отец нажал на паузу.
— Ну? Что скажешь?
Игнат с отцом пристально посмотрели на Данила. Охранник перекрыл двери. Кабинет на третьем этаже клиники. Бежать некуда.
— Твою мать, — выдохнул Данил, криво ухмыльнувшись.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Сентябрь, 2014 год.
Пятница, ночь.
…Ася пропала ночью.
Игнат не знал, почему проснулся. Словно кто-то пнул в бок. Он распахнул глаза и первое, что обнаружил — пустоту рядом. Ася ушла. Опять бессонница? Она часто не спала ночами, уходила на кухню, забиралась на подоконник и пила кофе. Игнат поначалу опасался, что она сиганет вниз. Уже снимал ее с подоконника темной ночью и находил в парке недалеко от дома. Даже таблетки, прописанные психиатром, не помогали. Поэтому он обезопасился сам. Окна в квартире открывались лишь, чтобы можно было проветривать. А дверь он запирал каждый вечер и ключи прятал. Сегодня забыл. И Ася ушла. Босая. В пижаме и плаще. А на улице — осень и дождь уже вторые сутки.
Игнат умел собираться очень быстро. Туфли, джинсы, пальто, ключи от машины. И плевать, что под пальто — ничего, а туфли обуты на босу ногу. Плевать, что квартира осталась не заперта, а мобильник — брошен на кухне в бессмысленных попытках дозвониться. И дороги не видно за пеленой дождя. Важно одно — найти Асю живой.