И тут услышала её. Воду. Равномерное журчание, тихое, но живое.
Моё дыхание остановилось. Я двинулась к ванной. Сердце в горле. Каждый шаг отдавался эхом в пустых стенах.
Я открыла дверь — и увидела всё.
Они.
Марат и Инесса. Под горячей водой, безмолвно сливаются в поцелуе. Их тела почти слились с паром, каждое движение — дерзкое, безумное, жадное. Они даже не заметили меня.
Внутри всё вспыхнуло — не страх, не слёзы. Я была яростью, холодной и смертельной.
— Прекратите!— крикнула я, и звук разорвал ночную тишину.
Они резко разорвали поцелуй. Вода плеснулась, капли стекали по полу. Марат поднял голову. Его взгляд встретился с моим — и на секунду я увидела в нём не удивление, а… жалость.
Инесса позади Марата застыла, глаза широко раскрыты.
— Вы… — задыхаясь, начала я.
— Всё кончено! — крикнула я. — Вы оба хорошо играли ненависть!
Вода капала с её тела и с него. В комнате стало холодно. Каждое слово давалось мне с усилием, но в голосе была решимость: никто больше не будет играть со мной
Марат пытался что-то сказать, но я уже сделала шаг назад, держа взгляд на обоих.
— Вы думали, что я сплю? — тихо, но пронзительно добавила я. — Серьёзно?
Глава 35
Марат
Я стою напротив неё. Вода ещё капает с пола, пар висит в воздухе, а она смотрит на меня так, будто хочет убить — холодно, безжалостно, точно знает, что я солгал.
Нет смысла скрывать. Нет смысла оправдываться. Я вижу это в её глазах — всё предельно ясно.
— Рита… — начинаю тихо, и это уже непривычно. Я обычно знаю, что говорить, но сейчас слова застряли. —Мне очень жаль.
Она поднимает бровь. Молчание. Тяжёлое, как лёд.
— Я не могу больше лгать. — Я беру руку Инессы в мою, —Я не смог иначе. Я не планировал обман… но это случилось.
Её глаза сузились. Я знаю — она видит каждую деталь, и от этого становится больнее.
— Я… — ловлю себя на том, что впервые боюсь её реакции. — Я влюбился. В Инессу.
Слова звучат глухо. Словно падают в пустую ванной комнате. И всё же я произнёс их.
— Я не хотел. Я не хотел тебя ранить. Никогда. Но это правда. Я не могу притворяться больше. Она… она зацепила меня, Рита. Сильнее, чем кто-либо раньше.
Она отстранилась. Я вижу, как в её взгляде смешались гнев и холодное понимание. Я знаю — эта правда бьёт её сильнее, чем любая ложь.
— Марат… — начинает она, но я перебиваю.
— Я не оправдываюсь. Я просто говорю. Потому что дальше скрывать это невозможно. И ты должна знать, что я не могу притворяться.
Я опускаю голову. Внутри буря, которую я обычно контролировал, сейчас вырывается наружу. Я влюбился. И это разрушительно.
— Я знаю, что ты злишься. И права. Я всё испортил. Но скрывать больше нет сил. Инесса не в чем не виновата. Я сам.
Она смотрит молча. Я знаю, что этот момент изменил всё. В нашей жизни нет пути назад.
И впервые я боюсь — не за себя.
А за Инессу.
Глава 36
Рита
Я стояла в дверях зала. Холод пронзал всё тело.
И видел всё.
Марат держал её руку. Он держал её так, словно не собирался отпускать никогда. И она отвечала. Мило. Без страха. Без колкости.
Горло сжалось. Сердце разрывалось, но крик внутри рвался наружу.
— Ты знаешь, что ты шлюха, Инесса?! — рявкнула я. — Сука, Марат — мой муж! Как ты могла?! Предательница!
Я шагнула ближе, не отводя глаз. В глазах был лед, гнев, разочарование — смесь, которая могла убить.
— Я всегда была права! — продолжала я, голос дрожал от ярости. — Ты неблагодарная, мерзкая! Нужно было вообще тебя в город не привозить. Ты должна была жить в деревне, подальше от всего!
Они вздрогнули. Инесса, кажется, впервые заметила, что я стою здесь, вся дрожа, но не падая, вся сила в голосе.
Марат даже не отдернул руку. Я видела это. Он стоял так, словно знал: я могу кричать, ругаться, обвинять — но всё равно не смогу что-то изменить.
Моё тело горело от гнева. Я шла медленно к ним, чтобы каждый мой шаг отдавался ударом.
— Ты… — мой голос ломался от напряжения. — Ты разрушила всё!
Марат поднял глаза. Его взгляд встретился с моим. И впервые я увидела не страх, не вину… а осознание, что он выбрал её.
Я замерла. Сердце колотилось. Я понимала, что это не просто измена. Это была война, в которой я уже проигрывала.
Но внутри что-то решительно щёлкнуло: он выбрал её. И теперь он будет платить.
Я сделала шаг вперёд. Медленный. Тяжёлый. Каждый шаг отдавался в комнате, словно дробь молота по стенам.
Марат всё ещё держал её руку. Инесса, казалось, зависла.
— Достаточно! — сказала я холодно, так, чтобы каждый звук разрезал воздух. — Я вижу всё, слышу всё и знаю каждый твой шаг.
Инесса пыталась что-то сказать. Я даже не посмотрела на неё. Она была не важна. Важно было показать Марату, что я контролирую ситуацию.
— Марат, — тихо, но смертельно холодно сказала я, — хватит держать её. Ты мой муж. Ты думаешь, что можешь предать меня и всё обойдётся?
Он сделал шаг назад. Пальцы отпустили её руку. Я видела, как на лице мелькнуло что-то вроде страха — впервые он понял, что я могу действовать, и он ничего не сможет сделать, чтобы остановить меня.
Я сделала ещё шаг вперёд. В комнате стало тихо. Слишком тихо.
— И пусть ты влюбился в неё, — сказала я медленно, подчёркивая каждое слово, — это не даёт тебе права разрушать нашу жизнь.
Инессу я всё ещё не трогала взглядом. Она стояла там, тихо, словно понимала, что её роль окончена.
— Сегодня ночь закончилась, — добавила я, — и всё, что вы думали, что скрыто, больше не тайна.
Я стояла. Они оба смотрели на меня. Марат понимал, что теперь я не буду молчать, что теперь всё будет по моим правилам.
И впервые я почувствовала власть.
Холодную. Неумолимую.
Я посмотрела на них обоих.
— Слушайте меня внимательно, — сказала я тихо, но так, что каждое слово звучало как приговор. — Я больше не буду защищать тебя, Марат.
Марат замер. Он понял сразу. В этот момент стало ясно: если его поступки приведут к проблемам, если кто-то решит наказать — я не буду рядом. Никогда.
— Ты всё слышал, — продолжила я, глядя прямо ему в глаза. — Последствия будут твои.
Инессу я даже не смотрела. Она понимала, что я сказала — и молчала, напуганная.
Я сделала шаг назад. Тёплый воздух покидал комнату, холодное молчание стало осязаемым.
— Я иду спать. — Голос ровный, без эмоций. Только железная уверенность. — Всё остальное — ваши проблемы.
Я повернулась и тихо ушла.