«Вика! Зар-р-раза! Я тебя убью!»
Радужные круги перед глазами постепенно развеялись, и Вячеслав увидел, как гигантская анаконда, частично отделившаяся от рисунка на стене, возвращается на своё место, снова становясь изображением, а попутно утаскивает за собой тело девушки, захваченное гигантской пастью до самого пояса.
Глава 27.1. Сила ведьмы
[Примечание от автора: я стал использовать по тексту фамилию главного персонажа. Напоминаю, что Слава у нас Живцов (см. главу 12. Третий день в университете, в которой к нему по фамилии обращалась учитель)]
Гигантская рептилия плавно вливалась в стену и вполне могла бы сойти за иллюзию, если бы не доказывала свою материальность хищным захватом. Из пасти её торчала округлая попка девушки. Вика извивалась всем телом и брыкалась ногами, энергично показывая, что жива, здорова и просто так сдаваться не собирается. В конце концов, змея полностью стала изображением, и добыча её оказалась по пояс замурованной в стене.
- Ты как? Ничего себе не отбил? - обеспокоенно спросил Александр у слегка контуженого Вячеслава.
- Что? - рассеянно переспросил тот и закашлялся. После удара спиной в горле свербело. - А, нет... немного. Вот чёрт...
- Не переживай, - попробовал успокоить его приятель. - Ловушек ещё много будет впереди. Встретишься ещё со своей подругой.
- Да, нет, не в этом дело, - покачал головой Вячеслав. - Просто я почувствовал злость Маши. И теперь опасаюсь, как бы она Вике не навредила.
Он снова замер, прислушиваясь к своим ощущениям, и озадаченно моргнул глазами. Чувства футанари вдруг неожиданным образом изменились на ярко-позитивные. Теперь она переживала острый приступ веселья и, попросту говоря, смеялась.
«Хи-хи, какая шустрая девочка, - слышал Живцов её весёлые мысли. - Определённо она заслуживает нашего внимания, Маш. Не находишь?»
«Мариока?» - догадался молодой человек.
А потом он увидел Вику с другой стороны. Она находилась в необычном "облачном" помещении, стены которого были сотканы из молочно-белого тумана. Девушка будто во внутренней полости облака оказалась, проникнув в неё верхней частью своего тела. Она высовывалась по пояс из центра полутораметровой зеркальной кляксы, разлившейся по одной из стен своими неровными краями. Взгляд Вики был дерзок и полон весёлого шального азарта. Судя по всему, она настроена была на поединок или как минимум на интересную игру. Картинка стала приближаться, как если бы наблюдатель к ней подходил. Пленница смотрела на Славу с вызовом и каким-то затаённым ожиданием, со спрятанной глубоко во взгляде надеждой.
- Привет, - услышал молодой человек голос своей подруги. Впрочем, тот был не совсем Машин, отличаясь какими-то едва уловимыми интонациями и обертонами. - Ты ведь хотела со мной встретиться, верно? Хотела поговорить? Так вот я здесь, перед тобой, давай знакомиться.
- Мариока? - переспросила Вика, лицо которой стало совсем уже близко, как будто наблюдатель приблизился к ней вплотную и опустился на один уровень. Живцов глянул в зеркальную кляксу и увидел в ней отражение Маши, стоявшей на коленках, а точнее - её сестры-близняшки. Он уже мог их отличать по особенностям мимики лица, взгляда, улыбки. Парню казалось даже, что цвет глаз у сестёр едва заметно менялся в трудноуловимых оттенках, когда одна подменяла другую.
- Да, это я, - ответила футка и улыбнулась шире. - А ты очень плохая девочка, раз заставила мою сестрёнку так огорчиться.
- И что? Накажешь меня? - с вызовом спросила Вика.
Пару секунд девушки молча переглядывались, а потом почти одновременно рассмеялись как две нашкодившие проказницы. Мариока приблизилась и провела языком у пленницы по щеке.
- Ты мне нравишься, - сказала она. - Хочу себе такую дерзкую девочку. Будешь моей?
Вместо ответа Вика вцепилась ей в волосы, притянула к себе и с жадностью впилась в губы. Даже с футкой она пыталась доминировать, но, как ни странно, Мариока не возмутилась и не воспротивилась. Она охотно наслаждалась поцелуем, отвечая мягко и томно, словно бы даже поддаваясь, как вода поддаётся гребкам пловца. Но это была коварная и затягивающая податливость. Поцелуй всё длился и длился, а Вика не могла его прервать. Она будто в плен своей собственной страсти попала, как сладкоежка, дорвавшаяся до экзотических вкусных конфет и потерявшая контроль над своими желаниями.
Девушка стала стонать, выбиваясь из сил, у неё перехватывало дыхание, но вырваться из плена она не могла. Пловца вынесло в открытый океан, и он растерянно грёб, не зная, куда плывёт, чувствуя, что из последних сил держится на поверхности, что ещё немного - и утонет.