Тем временем Лана не стала дожидаться, пока мужчина ей налюбуется. Она сделала шаг вперёд, расставляя ноги пошире, и, подавшись бёдрами вперёд, ткнулась своими мокрыми половыми губками прямиком парню в нос.
- Сделай приятное моей девочке, - промурлыкала она сладко улыбаясь. - Сперва хочу кончить как женщина. Если постараешься как следует, то получишь вкусное лакомство.
Словно в трансе Слава приподнял лицо вверх, приоткрывая рот и погружаясь языком во влажную щёлку. Рот наполнился терпким кисленьким вкусом и почти сразу в волосы на его голове зарылись нетерпеливые пальчики и сжали парню шевелюру. Они вдавили его рот в обволакивающую бархатную благодать, попутно заполняя его упругой нежной плотью. Режим ангела включился почти автоматически, моментально расширяя вкусовую гамму восприятия и осязательную чувствительность языка. И молодой человек как будто слышать стал желания партнёрши, читая языком её ощущения, как открытую книгу.
- Да! - сладострастно прошептала Лана. - Лижи мой клитор! Соси!
А бёдра её тем временем уже двигались в размеренном темпе, насаживая пушистые валики на лицо. Глаза девушки томно прикрылись и подрагивали веками от удовольствия.
- Боги мои, классно-то как! - шептала она, постепенно ускоряясь. - Ох! Вот так! Боги! А-а-ах!!!
Она вдруг часто задышала, ритмично сжимая Славкины щёки бёдрами, потом сдавленно зарычала и выгнулась, наваливаясь сверху и содрогаясь от импульсов оргазма.
- Соси! Соси! - порыкивала она как зверь и с силой вдавливала парня в себя, брызгая ему в рот короткими сладкими струйками.
Молодой человек не просто выполнял все словесные распоряжения, но ювелирно следовал их тончайшим нюансам, о которых рассказывало ему женское тело на своём тайном языке. Лана буквально парила от удовольствия, не ощущая под собой ног, и оторвалась от источника блаженства только тогда, когда почувствовала приближение нового оргазма.
- Ты просто с ума меня сводишь! - восторженно выдохнула она, едва ли не силой отодвигая от себя опьяневшего ангела. - Постой-постой! Нет-нет-нет! Хватит-хватит, сладкоежка! Да стой же ты! Прекрати!
Девушке пришлось даже сделать шаг назад, чтобы оторваться от настырного юноши.
- У-у-уф! Ну ты даёшь! - снова рассмеялась она. - Но теперь я хочу по-другому. Сиди где сидишь, не приближайся. Просто подожди, и я сама до тебя дотянусь.
Слава судорожно вздохнул и облизнулся. Глаза его буквально впились в женскую промежность, ожидая захватывающего зрелища, и оно не заставило себя ждать. Возбуждённый клитор футанари, который уже был достаточно велик, высовываясь из рыжей поросли сантиметра на четыре, стал быстро увеличиваться, плавно покачиваясь вверх-вниз и слегка раздвигая половые губки за счёт утолщения. Секунд за семь он вымахал до десятисантиметровой длины, а потом ещё более ускорил свой рост, принимая форму приплюснутого по высоте стержня. Ещё секунд через десять его размеры достигали сантиметров двадцать пять, а ширина около пяти с половиной. После этого хайра стала вытягиваться в длину рывками, увеличиваясь за полторы две секунды сантиметра на четыре и останавливаясь в росте на несколько мгновений.
Молодой человек заворожённо смотрел как гигантских размеров орган приближается к его лицу пульсирующей от возбуждения головкой. Отверстие семявыводящего канала уже достаточно чётко прорисовалось на ней и сочилось капельками смазки, которые скапливались, стекали и вытягивались вниз на тягучем и прозрачном как стекло жгутике. Между футанари и замершем в положении, сидя на коленях, молодым человеком было сантиметров тридцать пять, но преодолев это расстояние и ткнувшись парню в губы, хайра не прекратила увеличиваться. Она стала выгибаться вверх, как змея, выползающая из своего гнезда и зависающая над жертвой. В нижней части её обозначился и вздулся семявыводящий канал. Он стал мерно пульсировать, и из отверстия на головке выплеснулась увесистая порция смазки, попала Славе в губы и растеклась по лицу вязкой кляксой.
- Открой рот! - хищно приказала Лана, и парень послушался, словно был под гипнозом. - Вот так! - рыкнула она довольным голосом и проникла между губами молодого человека кончиком головки своей гигантской змеюки.
Размеры последней были настолько велики, что Слава исполнялся благоговейным трепетом, глядя на её гибкое пульсирующее тело. А с близкого расстояния она оказалась просто огромной.
«Боже! Да у неё просто монстр! - в страхе подумал молодой человек. - Сантиметров сорок? Пятьдесят? Господи, сколько?!»
«Не больше, чем у Лилии, - стал успокаивать внутренний голос. - Всё в порядке, я уже принимал такой размер и ничего мне не сделалось. Сейчас будет вкусно. Надо всё проглотить».
В нёбо парню удалила хлёсткая струйка смазки и кисло-сладким сиропом растеклась во рту. За ней последовала вторая, третья, а потом нетерпеливым поршнем в рот внедрилась массивная головка и тут же заполнила собой всё свободное пространство. Ещё один резкий рывок, и вот она уже прижимается к горлу, упруго вздрагивая раз за разом и нагнетая в пищевод вязкую жидкость, обильно смазывая его стеночки для более лёгкого скольжения.
Лана рыкнула, вцепилась парню в волосы обеими руками, основательно захватив его голову своими ладонями, и стала с натугой вводить свою хайру глубже, которая непрерывно заползала молодому человеку в рот будто питон средних размеров. Естественно, в длину она была гораздо короче, но вот в диаметре своём вполне соответствовала этой крупной рептилии. Слава мычал и вздрагивал, чувствуя, как его плавно распирает изнутри толстым поршнем, который постепенно подбирался к желудку, растягивая стенки пищевода.
Пушистый рыжий лобок футки упёрся парню в нос, и только тогда тот краем сознания отметил, что хайра вошла в него целиком. Но перевести дух Живцов не успел. Он замычал и испуганно упёрся ладонями девушке в бёдра, пытаясь вырваться из её крепкого захвата. Гибкая змейка внутри молодого человека стала выпрямляться, твердеть и словно бы ещё больше раздуваться в ширину, приподнимая того вверх, заставляя встать с колен и полностью выпрямить ноги принимая позу согнутого уголком человека.
Змейка Ланы время от времени вздрагивала, волнообразно сокращая семявыводящий канал и прогоняя по нему очередную порцию смазки, скопившейся в организме футанари. Теперь хайра полностью выпрямилась, превратившись в своеобразный вертел, на который Слава был насажен будто бы тушка молодого бычка для жарки на огне. И судя по всему, Лана как раз собиралась его жарить, правда, в переносном смысле этого слова. Прогибаясь в талии и отодвигаясь, она плавно вышла из молодого человека на половину длины, а потом, преодолевая лёгкое сопротивление, внедрилась обратно.
- Боги! Какой же ты тугой и горячий внутри! - сладостно простонала девушка. - Как же мне кайфово! А-а-ах!
Она сделала бёдрами более быстрое движение, потом ещё одно и ещё, а потом, порыкивая от блаженства, стала жёстко трахать Славу в рот, постепенно наращивая амплитуду и скорость.
- Да!.. Вот так!.. Получай!.. похотливый ангел!.. - рычала она, пронзая молодого человека своим гигантским поршнем с каждой брошенной фразой. - Сейчас!.. Р-р-р!.. Сейчас!.. А-а-а-а!.. Боги!.. Кончаю!!! А-А-А-А-А-А-АР-Р-Р-Р-Р!!! И-И-И-И-И-И!!!
Под конец девушка взревела как дикий зверь, вонзилась в молодого человека до самого конца, а потом восторженно закричала. Толстая трубка на нижней стороне её хайры резко вздулась и завибрировала от мощного потока, несущегося по каналу. Вячеслав почувствовал увесистый удар в желудок и стал стремительно наполняться горячим нектаром, раздуваясь изнутри. Тело его быстро охватывал жар и особое блаженство, которое мог дать только сок футанари.
Живцов сумел до конца насладиться первым извержением, усилием воли удерживая себя в сознании. Успел почувствовать начало второго и, наконец, расслабился, позволяя блаженству помчать себя бурным течением. Уши заполнил звон, который поднялся до уровня комариного писка и пропал, закладывая их ватной тишиной. Тело словно бы растворилось в ней, теряя свою материальность, и сознание молодого человека кануло в небытие.