- Вот как? Спасибо за предупреждение, - поблагодарила Лана. - Тогда не буду рисковать. Заправочный пистолет должен находиться в гнезде, чтобы избежать протечки, - назидательно добавила она, вызвав удивление в глазах цукумогами, которая не поняла из её слов ничего.
Подмигнув девушке, рыжая футка перешагнула через ноги молодого человека и уселась на него верхом. Её бёдра сделали лишь одно энергичное движение и этого оказалось достаточно, чтобы мужской член, гудящий от напряжения, оказался в жарком плену влагалища. Оно крепко стиснуло его стеночками и засосало поглубже, смакуя восхитительную твёрдость. И этого хватило, чтобы Слава застонал, пошевелился и неуверенно приоткрыл глаза, а потом неожиданно распахнул их во всю ширь, округляя.
- Лана! - прохрипел он. - Что!.. Что ты делаешь?!
Девушка не успела ответить, как парень просто с каким-то безумием в глазах вцепился в её ягодицы и стал долбить её лоно снизу со скоростью дятла, прорубающего дупло в стволе дерева. Вслед за первичным ошеломлением пришла настоящая волна блаженства. Даже в столь неадекватном состоянии парень сумел каким-то неведомым образом задействовать свои ангельские силы и едва ли не каждую клеточку футанари заставил вибрировать в потоках наслаждения, которые создавал мощнейшей эмиссией тонкой энергии.
Продолжалось бы это чуть дольше, Лана, возможно, и смогла бы адаптироваться к эмпатическому воздействию, переориентировать своё восприятие и наказать зарвавшегося человека. Однако Слава не предоставил ей такой возможности и уже через полтора десятка секунд взорвался в ярчайшей вспышке оргазма. Девушка ощутила, как её лоно заполняют горячие струи спермы, а затем вспыхивают кайфом, как напалм, заставив её извиваться и кричать от блаженства, а затем взорваться вслед за молодым человеком в собственном ещё более сильном оргазме. Он казался просто неимоверно ярким и огненным, поскольку пламя его самым непосредственным образом разжигалось той бурей гневных эмоций и ярости, которые футанари переживала от того, что какой-то зелёный парнишка так ловко победил её в сексуальном поединке, не дав ей ни единой возможности оказать сопротивление.
«У-у-у-убью-у-у-у!!! Убью-у-у-у сучёныша!!! - мысленно рычала Лана, взлетая на реактивной струе своего наслаждения. - Вот только кайф схлынет, и я из него котлету сделаю! Божечки! До чего же пробирает это сучье блаженство! Как улетно его сперма расщепляется! А-а-а-а! Просто фейерверк!!!»
Девушка почувствовала, как погружается в нирвану, и гнев её начинает подтачиваться и растворяться патокой умиротворения.
«Нет, ангельская задница, ты так просто меня не задобришь! - сердито подумала футка и ментальным усилием закапсулировала все свои огненные эмоции. - Расплата всё равно придёт, я всё равно с тобой посчитаюсь», - и эта мысль уже была полна сладкой счастливой безмятежности. Очищенное от негативных эмоций сознание буквально погрузилось в безграничный экстаз и поплыло в нём плавно и невесомо как пушистое облачко на небе.
- Вкусно, - прошептала цукумогами, гладя на блаженствующую футку с завистливым восторгом. - Ох, тёмная матушка, этот мужчина такой вкусный, такая сладкая духовная энергия в нём! Я хочу себе такого хозяина! Пусть он примет меня! Пусть!
Она протянула свою руку к Вячеславу, придавленному ощутимым весом рыжей футанари, осторожно взяла его за запястье и вороватым движением утащила его ладонь к себе. Заполучив вожделенную игрушку, Мока тут же сунула её себе между ног и слопала пару пальцев: указательный и средний, своим влагалищем. Мокрая пещерка крепко стиснула их, стала мягко посасывать, и на лице девушки зажглась довольная улыбка, будто она смаковала сладкую конфетку. Чувствуя в себе кусочек духовной энергии понравившегося мужчины, того, кого она назначила своим избранником, цукумогами испытывала приятное удовлетворение. Как будто она уже установила с ним чувственную связь, позволяющую ей считать себя его вещью.
Узнай Слава о крамольных мыслях девушки, они наверняка бы его возмутили. Однако не тем, что Мока планировала вероломно войти в его жизнь, найти рядом с ним своё место. Ему претила сама мысль быть хозяином разумного существа, становясь на его взгляд всё равно что рабовладельцем. Вот только Живцов понятия не имел, что цукумогами и есть одушевлённые и оживлённые магией вещи. Поэтому для них нет ничего приятнее, чем стать личной вещью человека, в которого они влюблены. Нет большего счастья, чем заполучить его в качестве своего хозяина.
«Тёмная матушка, Кайгорвен, помоги!» - мысленно молилась Мока, отчаянно закусив нижнюю губу.