- Опиши одежду, - попросила Лера.
Слава прикрыл глаза, вспоминая образы, и те неожиданно проявились достаточно чётко.
- Плотные куртка и штаны цвета хаки, - сказал он, - достаточно свободные. Под курткой белая футболка, на ногах туристические чёрные ботинки с толстой рельефной подошвой.
- Можешь описать лес, деревья, которые там видел?
- Хвойные растения были вперемешку с тропическими. Много цветущих лиан. Здоровенные цветы размером с голову человека. Очень странный лес. Первый раз такой видел.
- Оборотень, которая за тобой гналась, тебя поймала?
- Не то чтобы поймала, скорее загнала к какой-то скале с пещерой.
- Какого цвета были камни?
- Серые... хотя нет, не совсем. Такие голубовато-серые.
- Потрясающе! Ты ведь не был на Сае ни разу?
- Нет.
- Но природу и местность её ты очень точно описал. И эта одежда, обувь, мне кажется... похожа на военную форму какого-то рядового солдата нашего времени. Надо это проверить.
- А что всё это значит? - спросил Вячеслав. - Как объяснить этот сон? Почему он мне приснился?
- Сама не знаю пока. Каким-то образом ты видел Саю, и вряд ли это был сон. Больше похоже на ментальную трансляцию. Ты будто отследил события, которые реально там происходили. И я не могу пока объяснить, как.
- Но я не просто был зрителем, я собой или тем человеком управлял, словно я вселился в него, и...
Живцов замолчал, увидев, как на кухню входит Маша. Одета она была в одну футболку на голое тело, которая спускалась ниже ягодиц и сидела на девушке как платье с очень коротким подолом. Большая грудь её была сексапильно обтянута тонкой тканью, сквозь которую чётко прорисовывались стоящие торчком соски. Ещё что-то слегка оттопыривало футболку спереди, создавая длинную, как горный хребет, вертикальную выпуклость, тянущуюся от паха до самой груди. У Славы возникли смутные подозрения о том, что это могло быть, но он не мог поверить, что его подруга, а точнее уже жена показалась при таком скоплении свидетелей не только в вызывающе откровенном виде, но и в столь развратном состоянии. Поэтому ум его старательно обходил этот эпатажный момент до тех самых пор, пока Мока громогласно не заявила радостным голосом:
- О! У неё член! Так вот он какой?!
Маша выглядела сонной и приторможённой, как лунатик, но на голос среагировала, повернув голову к цукумогами. Взгляд её равнодушно мазнул по голубовласой девушке, зацепился за Вячеслава и оживился.
- Славка, - мурлыкнула она и, плотоядно улыбаясь, направилась к нему. - У меня проблемы, Слав, видишь?
Футка подняла футболку вверх до самой груди, обнажая здоровенную хайру и выпуская её наружу.
- Ва-а-а! Огромный! - восторженно пискнула Мока. - У всех футанари такой?
- Беги, дурень! - прошипела Вика с другой стороны. - Она же сейчас трахнет тебя у всех на глазах!
Но Живцов не ответил. Он, казалось, перестал реагировать на внешние раздражители и зачарованно, как кролик на удава, смотрел на гигантскую хайру, которая тянулась от промежности его подруги вверх и извивалась, как змея. Во рту у него тут же скопились слюнки, а тело наполнилось томным предвкушением. Однако краем зрения парень успел отметить шокированный взгляд Николая, перед тем как Настя прикрыла ему своей ладонью глаза.
Маша забралась с ногами на диван и с целеустремлённостью терминатора направилась к мужу. По пути она перешагнула через цукумогами, но та, превратившись в синюю ткань, скользнула вверх по ногам девушки. Мягкое покрывало обвилось вокруг талии футанари и свесилось вниз, подобно длинной юбке, прикрывая её наготу от посторонних взглядов.
«Ох, Мока, как это мило с твоей стороны», - подумал молодой человек, не заметив, как отогнулся в сторону уголок ткани и уставился на промежность футки большими анимэшными глазами.
Цукумогами в последнюю очередь думала о Машиной чести, она просто поспешила занять зрительское место поближе к театральной сцене. Но и парню всё это было сейчас до лампочки. Оказавшись между сексапильных длинных ног, он с восхищением созерцал спортивную фигуру жены. Вырез у импровизированной юбки располагался спереди, поэтому не скрывал от парня никаких интимных подробностей. Вот только долго любоваться ему этой красотой не дали. Маша подалась вперёд, опираясь коленками о спинку дивана, вцепилась пальцами в волосы своего мужа и, нетерпеливо рыкнув, внедрилась головкой хайры ему в рот.
Слава почувствовал себя так, будто какой-то экзотический сочный фрукт, истекающий сладким соком, ему целиком пропихнули в рот наподобие кляпа и забили до самого горла.
«Она же не пролезет! - панически подумал он. - Моё горло, оно не готово!» - и стал поспешно сглатывать вязкую смазку, которой обильно сочился названный фрукт, штурмующий врата в глубины мужского организма.