Слава ощутил, как рот его затыкает упругий мокрый кляп, который сразу залил всю полость вторым выплеском густой сладковатой смазки, и вальяжно заполнил собой всё внутреннее пространство. Действия Ланы были настолько напористы и стремительны, что молодой человек, отвлёкшись на них, не сразу осознал, как Настя задирает его ноги вверх и прижимается к ним своей грудью. Лишь только когда в ягодичной щели его стало горячо и мокро, он обратил, наконец, внимание на интервенцию со второго фронта. Футка лихорадочно развязывала шнурки на его кроссовках, а потом один за другим стянула их с ног и отбросила на пол. Вслед за ними были сдёрнуты носки и отправлены по тому же адресу. И всё это время Настина хайра, истекая смазкой, тёрлась своей головкой между мягких булочек, основательно смачивая анальную дырочку перед тем, как её атаковать.
Своё вторжение футки начали с двух фронтов почти одновременно, словно скоординировали военную компанию заранее. И начали они его с артподготовки. Сперва в горло парня упёрлось орудие Ланы и сделало мощный смазочный залп, окатив стенки пищевода текучим теплом. На долю секунды от него отстала Настина пушка, которая, перестав елозить в ягодичной щели, вдавилась в анальную дырочку, слегка приоткрывая её, и мощными выплесками стала быстро заполнять задний проход Славы вязким составом.
«Мама! - мысленно воскликнул молодой человек, чувствуя, как в кишечнике его стремительно нарастает давление. - Если всё это хлынет наружу, то постель будет безнадёжно испачкана».
«Не о чем беспокоиться, - ответил ему ангел. - После гигиенических процедур, которые мне Лана устроила, прошло не так уж и много времени, чтобы что-то нежелательное успело скопиться в прямой кишке».
Попутно у парня в голове вдруг всплыл блок познавательной информации, о том, к примеру, что все сексуальные жидкости футок обладают уникальным свойством быстро растворять и обесцвечивать твёрдые отложения в кишечнике, доводя его чистоту практически до идеала. А ещё они покрывают стенки скользким защитным слоем, который надолго сохраняется и не только защищает слизистую оболочку от повреждений при анальном сексе, но и способствует максимально полному выводу из организма отработанных веществ. Иными словами, в процессе справления соответствующей нужды даже козявочки маленькой не остаётся, всё выскальзывает наружу целиком без остатка.
Вдобавок к этой информации Слава вспомнил о духах, которых Валерия завела в особняке, чтобы те заботились о чистоте и порядке в его комнатах. У него возникло смутное воспоминание того, как падающие на постель капельки смазки футанари быстро впитывались тканью со слабым зеленоватым свечением. Хотя он и не мог быть на сто процентов уверен в достоверности этих образов, потому что ему некогда было следить за всеми деталями происходящего.
Эти воспоминания промелькнули в голове очень своевременно, потому что Настя на пару секунд откупорила задний проход Славы, позволив избыточному количеству жидкости выплеснуться наружу. После чего, не дожидаясь, пока края отверстия сомкнутся, рывком проникла в него головкой хайры и стала плавно вводить свой поршень в туго облегающий его эластичный цилиндр. Молодой человек вздрогнул от неожиданности и даже готов был вскрикнуть, если б мог, потому что попу его обожгло яркой и немного тянущей болью, проникающей вглубь по мере введения хайры. Однако болезненные ощущения постепенно трансформировались в жар, а потом и в томное удовольствие, которые возникают на коже после звонкого шлепка.
Ощущения молодого человека раскрасились яркой палитрой, он всё более тонко воспринимал проникающий в него орган, чувствовал его напряжение и сладострастную вибрацию, ощущал, как пульсирует головка и время от времени плюётся тёплыми струйками смазки, подготавливая скользкий путь по ходу своего движения. Эти чувства постепенно стали столь приятны, что Слава готов был отдаться им целиком, а ещё ему хотелось увидеть Настино лицо, которое должно было нести на себе отпечаток переживаемого ей удовольствия. Однако в этот момент Лана переключила на себя его внимание. Она резко надавила бёдрами и с натугой преодолела сопротивление горла, проникая своим тараном в пищевод. И вот уже две армии, сломив врата обороняющейся крепости, стали неумолимо прокладывать себе путь вглубь её укреплений, двигаясь на воссоединение друг с другом.