- Ну вот и хорошо, - сказал Слава, поглаживая девушку по спине. - Объясни мне одну вещь, Мока. Я ведь совсем недавно тебя кормил. Помнишь, там, в университетском туалете? Я знаю, что ты взяла много моей энергии. Мне казалось, что тебе до конца дня должно было хватить. Так почему ты снова голодная?
- Я повысилась, хозяин, - всхлипнула девушка. - Мой уровень увеличился с восьмого до девятого. И вся накопленная энергия на это потратилась.
- Вот как? О! Это круто! Ты стала сильнее, да? - уточнил молодой человек, глядя на Моку с гордостью, и у той тут же приятные струнки зазвучали в душе.
- Да! - ответила она, краснея от удовольствия. - Я, правда, ещё не освоилась с новыми возможностями, и энергии у меня мало, чтобы их почувствовать. Но они обязательно проявятся. Нужно только меня покормить.
- То есть ты испытываешь голод из-за повышения уровня?
- Да. Покорми меня! Покорми!
- Подожди, Мока. Я понимаю, что так проще и быстрее тебе помочь. Но... у меня странное ощущение, что я не должен этого делать. Вернее, могу сделать лишь в том случае, если другого выхода нет. Поэтому подумай, пожалуйста. Это действительно единственный способ? Или есть другой? Пусть худший и медленный, но другой.
Живцов чувствовал, что такой способ имеется, но в силу своей неопытности не мог его определить. А пото́м вдруг пришла невероятно пугающая мысль: «Если цукумогами скажет правду, значит для них ещё не всё потеряно, а если соврёт, то контракту конец. Придётся его расторгнуть».
Осознав это, но не понимая, почему всё обстоит именно так, Живцов замер и, затаив дыхание, ждал ответа своего фамильяра. Девушка молчала несколько секунд, напряжённо о чём-то думая, пото́м вздохнула и нехотя ответила:
- Есть другой способ, - сказала она. - Впитывать твою духовную энергию через кожу. Мне нужно просто тебя одеть, и терпеть голод сразу станет легче. И чем дольше я буду на тебя надета, тем слабее станет чувствоваться моя нужда. Насыщение будет приходить медленно, но к концу сегодняшнего дня чувство голода должно пройти полностью.
- Хорошо. Помнишь ту синюю рубашку, что ты для меня делала? Если ограничимся ею, верхней части моего тела тебе хватит, чтобы почувствовать облегчение?
- Хватит, - вздохнула Мока.
- Тогда надень на меня рубашку.
- Слушаюсь, хозяин, - ответила цукумогами, и Слава почувствовал мягкую ткань, укрывшую его от шеи до пояса. Девушка при этом не исчезла. Она осталась сидеть с закрытыми глазами, обнимая молодого человека, и рот её был плотно сжат. Но вот черты лица расслабились, губы тронула улыбка и Мока вздохнула.
- Легче стало, хозяин, гораздо легче.
- Ну и слава богу, - тоже вздохнул Живцов, с облегчением понимая, что поспел вовремя со своими воспитательными мерами. - Скажи, как так получилось, что голод выбил тебя из колеи? Ты ведь вроде после пробуждения нормально себя чувствовала.
- Я вела себя небрежно, - виновато призналась цукумогами. - Прервала с хозяином телесный контакт, когда не должна была этого делать, не следила за уровнем энергии, расходовала её расточительно. Например, много потратила, когда хвасталась перед Светой и тобой своим язычком. Думала, что хозяин покормит меня в любой момент по первому моему требованию. Даже нет, хотела, чтобы хозяин меня покормил, специально тратила энергию, нагуливала аппетит.
- Понятно. Больше так не делай, ладно? Понимаешь, я всё-таки плохой хозяин. Мне сложно тебя принуждать и, наоборот, нравится баловать. Вот и сейчас я бы с удовольствием покормил тебя, но чувствую, что этого пока нельзя делать. И даже не знаю почему, просто чувствую, что нельзя, и всё.
- Мока провинилась и должна быть наказана, - грустно сказала девушка. - Наказана голодом. Это очень мягкое наказание, но оно мне необходимо... в воспитательных целях. Хозяин может придумать ещё какое-нибудь наказание. Я его приму.
Слава хотел было сказать, что хватит и того, что есть. Ему противна была сама мысль, что его красавицу приходится наказывать, но неожиданно в голову пришла интересная идея.
- Дополнительное наказание будет таким: я запрещаю тебе называть меня хозяином вплоть до завтрашнего утра. Только по имени ко мне обращайся. Хоть мысленно, хоть вслух.
- Хорошо... Слава, - сказала Мока дрогнувшим голосом, а потом улыбнулась. - Хорошее наказание. Мне будет неприятен этот запрет. Но так я вылечусь быстрее.
- Ну вот и договорились. А от чего ты должна вылечиться?
- Я испортилась, - вздохнула девушка, - стала непослушной, отбилась от рук. И из-за этого наш контракт едва не изменил полярность. Ты правильно заметил, Слава, я стала вести себя как хозяйка. Я была дурой! Идиоткой безмозглой! Я чуть всё не испортила! - воскликнула Мока и, сделав несчастное лицо, разрыдалась, утыкаясь парню в плечо.