На углу всё тот же цветочник встретил меня настороженно.
— Молодой человек, — начал он. — Не моё конечно дело, но у тебя всё в порядке?
— А что? — удивился я, выбирая из нескольких разнокалиберных букетов. Вот эти, темно-бордовые, почти черные розы были диво, как хороши.
— Ты мой постоянный клиент, не хотелось бы, чтобы с тобой что-то случилось.
— Простите, одзии-сан, — я улыбнулся, как смог. Обещать ему приходить снова было бы нечестно. Поэтому я только помахал ему на прощание, провожаемый внимательным взглядом.
На этот раз я встал ровно перед дверью и произнес.
— Айко-сан, впусти меня уже. Я принёс твои любимые розы.
За дверью как обычно какое-то время было тихо, но потом послышался тихий скрип. Желтые ленты рвались со щелчком и падали вниз шуршащими змеями. За дверью царил полумрак, и виднелась огромная согнутая фигура. Она неуверенно жалась к стене, словно боялась, что я сейчас повернусь и сбегу. Но было в ней что-то щемяще знакомое: всё те же чуть вьющиеся локоны, прекрасное лицо с чуть вздернутым носиком, а вот слишком длинные руки… которых я насчитал четыре. Две из них сейчас лежали на бледных голых коленях, а ещё две стыдливо прикрывали грудь. Я положил цветы на полку и сделал шаг вперед.
— Наконец-то я увидел тебя. Чёлка совсем растрепалась, дай заколю, — рука привычно нашарила в кармане заколку. Мельком подумалось, что она может оказаться маловата. Айко потянулась ко мне, обнимая своими огромными, но такими нежными руками. Наконец-то, я мог поцеловать её. Теперь всё окончательно встало на свои места. Мы снова были вместе.
«Серия загадочных исчезновений потрясла Киото: сначала бесследно пропали супруги Сато, потом их дочь, Сато Айко. А следом за ней и молодой человек, ученик старших классов, Изуми Котаро, который, со слов его матери, встречался с этой девушкой. В городе орудует маньяк? Или это следствие криминальных разборок? Читайте в новом номере Киото Синбун.