- Хорошо, а теперь пей Пересвета.
Я всё выпила, потрогала одежду, она просохла.
Бежать мне было пора, там в Ждамире меня уж хватились давно и ищут везде. Посмотрела на Вальдмира, уперлась в серые глаза, они изучали меня. Не сдержавшись я улыбнулась и поднялась.
- Мне пора, меня уж ищут наверно, пошли со мной.
Он не встал, так и сидел. Отчего я удивлённо на него посмотрела.
- Иди девочка, мне в другую сторону, - он всё же встал.
- Ты не пойдешь? - мне хотелось, чтобы он пошёл и остался при княжеском дворе.
- Иди, - повторил, и отвернулся.
Я побежала между больших стволов берез, несколько раз я останавливалась и оборачивалась, пока среди белизны берёз, не растворились рыжие волосы и рубаха Вальдмира.
Дома мне конечно досталось, отец отшлепал меня рукой по попе так, что садится совсем не хотелось. А когда остыл, позвал к себе и велел задрать рубаху, я напугалась думала опять достанется. А нет, намазал мне попу мазью. А потом заговорил:
- Заживет доча, зато запомнишь, что негоже так делать. Иди ко мне моя ягодка, - он обнял меня и стал гладить по голове.
- Как же ты похожа на маму свою, Пересвета. Я любил ее, очень любил. Как жаль, что она ушла, я виноват, виноват- он склонил голову, не выпуская из объятий.
- Не слушал заветов предков, а они мудры и советы те временем выстраданы. Всё в них есть, с какого возраста можно брать женщину, когда брать, и сколько. Не слушал, не соблюдал сроки, так любил твою маму. Я виноват в её смерти.
- Я хочу к маме, - проговорила со слезами на глазах.
Отец обнял меня, и мы вместе заплакали.
Вскоре ко мне приставили двух охранников, которые следовали за мной по пятам.
930 год н.э. Столица радимичей Радомль.[7] - земли вятичей
Я - Вальдмар и мне девятнадцать лет. Я сын конунга - наместника земель радимичей, Ингвара, родственника Рюрика. После Рюрика конунгом стал Олег Вещий, родственник Рюрика. А мой отец был молод и сидел лишь наместником, где указал Олег. Когда отец возмужал и поднял голову, у власти уж был сын Рюрика Игорь. Его внезапная гибель и то, что не осталось наследника, заставило отца, вступить в борьбу за Конугард-Киев.
Междоусобица между родственниками Рюриковичами продолжалась, отцу были нужны сторонники, а не противники готовые ударить в спину. Таковыми были вятичи, они два года назад дали хороший отпор отцу, не давая ему захватить своё княжество. А княжество было большое, самое большое среди русичей. У отца было навязчивое желание подмять под себя вятичей.
Нам было прекрасно известно, у князя Юрася осталась только дочь. И по их законам, только она и будет наследовать за отцом. Затем уж её сын, как подрастёт, станет князем.
А вот этого отец и хотел избежать, прямой передачи власти. Поэтому нам нужна была междоусобица между вятичами, что бы они грызлись между собой. Вот таких ослабленных и легче было взять их силой, подмять под себя.
И для этого конунг Ингвар, мой отец и решил убить дочь князя Юрася, а после его смерти вторгнуться во владения вятичей и захватить власть.
Ни чуть, не сомневаясь в своём плане, он направил меня, найти её и тайком убить. Я воин и уже участвовал в сражениях, понимаю, что должен исполнить приказ отца. Поэтому собрался в дорогу и через две луны, уже преодолел границу земель радимичей и вятичей.
Я подбираюсь к городку Ждамиру резиденции местного князя, пытаюсь выследить девчонку и прикончить её. Пару дней наблюдаю издали и даже вижу раз в лесу.
Так наблюдаю, тяну время, давая ей возможность пожить подольше. Девчонка, непоседа, щебетунья и как я уже понял любимица всей округи. А ещё она любит лес, животных и птиц. Она по-детски непосредственна и добра, и я ловлю себя на смысли, мне жаль её.
Но тянуть больше нет сил, и тут вдруг сама судьба всё решила.
В один из дней, она пошла в лес, я наблюдал, В момент, когда она встретилась с рысью, я чуть не бросился ей на помощь. Как я был удивлён, когда понял, рысь не причинит ей вред, она ручная.
Наигравшись с рысью, она направляется по лесу к княжескому городку.
Внезапно начинается дождь и гроза, у бедной девчонки нет никаких сил от него спастись. Она прячется под ветками дерева, сидит дрожит, уткнув голову в коленки. Даже не замечает, как я к ней подхожу.
Медленно поднимает глаза и смотрит на меня разглядывая, оценивая.
Посмотрел на неё, она тряслась от страха и холода. Маленький нахохлившийся воробушек, заговорил на языке словен северных, язык знакомый с детства, ведь среди них я рос:
- Вставай, пошли за мной, - мне повезло, что она знала этот язык.
Других языков русичей я не знал, радимичей где жил сейчас начал понимать, но не говорил. А уж язык вятичей, почти не похожий на языки остальных русичей, вообще не знал.