Благополучно вернувшись из похода в первых днях червеня[11] с добычей, довольный собой и своей дружиной. Но больше всего я жаждал вскоре увидеть мою зеленоглазую жену.
КНЯГИНЯ ПЕРЕСВЕТА
Конец осени - весна 936 год н.э. Ждамир
Мне с трудом удалось открыть глаза, вернее открылся один, но я этого не поняла. Моё тело горело, как будто вокруг меня был огонь. Сильно болела шея и лицо, хотелось пить.
Стон сорвался с моих губ, и вызвал движение вокруг, замелькали какие-то тени. Я силилась поднять голову, чтобы посмотреть где я и что вокруг. Но голова была слишком тяжела.
А в следующее мгновение надо мной склонился кто-то, и чем-то мокрым и прохладным намочил и потом обтёр глаза мне, и глаза открылись. Я не знала, что один только.
Тяжело дыша попыталась оглядеться, рядом было трое. Когда глаза немного обвыклись, я разглядела рядом Младу, Ладислава и Романа. Они смотрели на меня, наклонившись надо мной.
Млада, старшая по дому из девок, заговорила первая:
- Пересвета, бедная ты моя девочка. Жива, хвала богам.
Ладислав дотронулся до моей руки.
- Княгинюшка, скажи хоть словечко.
Я попыталась пошевелить языком, но вышло плохо. А потому я рукой показала на рот, чтобы попить дали.
Не мешкая Млада стала поить меня из маленькой чарочки. Как оказалось, это было не просто. Вода стекала по моим губам мимо и ещё хуже, я не могла её проглотить, настолько больно мне было её сглотнуть. Так сделав всего глотка три, закрыла рот, давая понять что всё, хватит.
Мне было настолько больно, что кроме мыслей о боли и думать не о чем не могла. С трудом открыла глаза вновь и посмотрела на Ладислава.
- Рыысся? - выдавила из себя.
- Жива, у кошек десять жизней, - он наклонился ниже и взял меня за руку.
Он тихо, что-то шептал и поглаживал мне руку, а я вновь ушла в темноту.
Так на грани, между светом и темнотой, я пробыла двенадцать лун.
Когда боги решили оставить меня жить, я настолько была слаба, что даже глотать питьё не могла. Медведь разодрал мне кожу до мяса на шеи, и лице. И от того всё распухло внутри рта и горла.
Моё горло с трудом принимало жидкую, давленую похлебку и отвары трав. Восстановление было тяжелым, я ещё сильнее измучилась и очень сильно исхудала.
Когда я просила мне приносили Рысю, её заносили прямо на подстилке, держа с двух сторон и так и опускали мне на лежанку. В руки она никому не давалась, рыча и царапаясь.
Я протягивала руку, и она долго её обнюхивала и лизала, а затем гладила ей шкурку пока мы обе не засыпали.
Только когда на землю опустился первый пушистый снег, я опустила ноги с лежанки чтобы сделать свой первый шаг. Очень долго я не могла обрести былую крепость в ногах, слабость была в моём теле. Меня мотало, как листик на ветру.
Волхв не отходил от меня не на шаг, снабжал отварами и настойками, да растирками для тела. Роман тоже ежедневно заставлял меня ходить, иногда и сам разминал мне ноги и руки. Волхв и ромей беспрестанно спорили и ссорились, каждый считал, что он правильно меня восстанавливает, в отличии от другого. Доходило до того, что они бросались на друг друга. И только мог окрик и взгляд строгий, заставляли их разойтись в разные стороны.
Как только я впервые вышла во двор, мне нужен был воздух. Девки при доме закутали меня в теплый меховой тулуп, а Борилом пронёс меня по ступеням высокого крыльца вниз. На лавку накидали шкур и Борилом усадил меня на них. Сам сел рядом и не спускал с меня глаз. Лицо с ранами было закрыто повязкой, замотано белой тончицей[12].
Рыся, доковыляла по ступенькам лестницы до меня тихонько, одна из задних лап была ещё слаба. Добравшись ткнулась мордой мне в руку и улеглась на спущенную шкуру у ног. Я вдохнула свежий морозный воздух и осмотрела двор, увидела Агейра. Я была очень сильно удивлена, а потому сказала Борилому позвать его ко мне.
Агейр подошёл, приветствовал меня наклоном головы.
- И тебе добра викинг, что ты здесь делаешь? Конунг прислал? - я заговорила на его языке.
- Нет, княжна. Я пришёл тебе служить, возьми меня в свою дружину, - он ответил на выговоре полян, чем не удивил, должно быть научился в Конугарде.
А вот то что он хочет остаться, было неожиданно, а потому я попыталась понять, что случилось.
- Ты же говорил, что друг ему? - мы оба знали о ком разговор.
- Был, его отношение к тебе княгиня, отвернуло меня от него.
Я задумалась на миг, а потом заговорила вновь.
- Зря ты так с ним, конунгу нужен был покой за спиной во время похода на Булгарию, а мне защита от соседей. Княжество в женских руках удержать не просто, а его опора помогла. Мы стоим друг друга, - я улыбнулась Агейру .