В этот миг перед моим глазами стоял улыбающийся Храбр, он любил пошутить. Глаза ставшие родными, доброта которую он мне дарил. С двенадцати лет он был ежедневно со мной, рядом, закрывая собой и защищая.
Лошадь была без седока, а в стороне шагах в пяти, два моих дружинника сражались бок о бок, с четырьмя напавшими на них кривичами. Я направила коня к ним, желая помочь. Но со спины, обгоняя меня, стремительно проскакали в ту сторону Борилом и Роман. А Ждан поравнявшись со мной, схватился за поводья моего коня.
- Ждан, где Храбр, ты видешь его? - мой голос срывался от волнения.
- Княгиня, найдем, притормози.
- Вот его лошадь, значит где-то рядом, ищи - в нетерпении я крутила головой.
То что я увидела, когда Борилом и Роман, с двумя дружинниками сразили кривичей,заставило меня замереть и открыв рот, смотреть вперед на землю. Ещё мгновение и я спрыгнула с коня и понеслась туда, к лежащему на земле Храбру.
Он лежал на земле, и рубаха была окрашена в алый цвет. Пока я бежала, не отрываясь смотрела на него, под ноги совсем не смотрела. А потому запнулась за чей-то брошенный на поле щит, и чуть не упала. Меня подхватил Ждан и поставил на ноги и я вновь побежала к Храбру.
Подскочив, упала на колени и коснулась его руки. Храб открыл глаза и смотрел на меня, а я заревела. Впервые на людях пустила слезу, плакала и не могла остановится.
- Храбр, миленький ты живи пожалуйста. Я тебя очень прошу, живи - причитала, слёзы катились по моему лицу.
- Княгинюшка не плач, бок только царапнуло,- он смотрел на меня не отрываясь.
- Сейчас перевяжу тебя, - начала суетиться вокруг него, вытирая слёзы.
Повернулась к стоявшим за спиной двум личникам Ждану и Борилому, и Роману.
- Чего столбами стоите, отнесите его с поля и перевязь найдите. Быстрее давайте, поторапливайтесь.
Борилом и Ждан , расстелили на земле плащ и переложили туда Храбра и подняв за углы плаща понесли. Я неотрывно смотрела на это и уже сделала шаг за ними, за спиной раздался крик.
- Княгиня, княгиня.
Повернулась к кричащему и увидела Ярика, главу лучников. Он подбежал ко мне, и заговорил:
- Конунг Эйрик мертв княгиня. Бегут они, а мы добиваем. Надо бы погоню за ними пустить.
Я замерла, остановилась. Потом перевела взгляд на Храбра, которого уносили с поля.
- Пусть уходят. Добивайте всех на поле и потом собирайте раненых наших.
Ярик стоял открыв рот и смотрел на меня.
- Но, княгиня...
- Это приказ, - повысила голос и со всех ног бросилась за уносимым Храбром.
[1] Кветень - месяц апрель
[2] По одной из версий швед Рагнфрод, это и есть летописный Рогволод, отец Рогнеды( Рогнеда была полоцкой княжной, дочерью князя Рогволода. После поражения отца и взятия Полоцка войсками князя Владимира Святославича была насильно взята им в жены)
[3]Просоки - это отдельные воины или воинские отряды, следившие в период боевых действий за передвижением и расположением вражеского войска.
Твои зелёные глаза - Вальдмар
ГЛАВА 18
Ты прекрасная, нежная женщина,
Но бываешь сильнее мужчин.
Тот, кому ты судьбой обещана,
На всю жизнь для тебя один.
Он найдет тебя, неповторимую,
Или, может, уже нашел.
На руках унесет любимую,
В мир, где будет вдвоем хорошо.
Ты сильна красотой и женственна
И лежит твой путь далеко.
Но я знаю, моя божественная,
Как бывает тебе нелегко.
Тают льдинки обид колючие
От улыбки и нежных слов.
Лишь бы не было в жизни случая,
Когда милый предать готов.
Назначеньем своим высокая,
Дочь, подруга, невеста, жена,
Невозможно постичь это многое,
Где разгадка порой не нужна.
А нужны глаз озера чистые
И твой добрый и светлый смех.
И смирюсь, покорюсь, не выстою
Перед тайной улыбок тех…
Эдуард Асадов
КОНУНГ ВАЛЬДМАР
Лето 936 год н.э. Конугард - Ждамир.
Вернувшись в Конугард, дружина отдыхала и пировала. Я же места себе не находил в поисках Светозара, но его не было в городе. Мне нужен был он, чтобы узнать последние вести из Ждамира.
Уж людей начал местных расспрашивать, не слыхали ли они чего о вятиче Светозаре. Но в ответ была тишина, но всё же мне поведали о нападении кривичей во главе со шведом Эйриком на земли вятичей. Думаю, что лицо моё дрогнуло, а возможно я побелел. Потому, как русич из полян, что мне рассказывал эту ветвь, испуганно отступил от меня на шаг.
- Конунг, не гневайся, - мямлил русич, раздражая меня.
- Княгиня жива? - выдохнул, а сердце зашлось, бешено ударяясь в грудь.