- Нет не забыла, но думаю нам лучше исправить это. Я хочу развестись.
Я молчал, лишь пытался не сорваться, не закричать, не броситься на неё срывая одежду.
- Хват? Его выбрала? - рычал сквозь сжатые зубы.
- Хват? Причём тут мой личник? - мне показалось её удивление было искренним.
Уже не в силах себя сдержать, подскочил к ней, сжал в объятиях и впился болезненым поцелуем в её губы, она застонала прям мне в губы, но не от желания, от боли.
Опомнился, выпустил из объятий, отпустил.
Она в растерянности смотрела на меня. А я понимая, что не смогу ничего изменить заговорил.
- Если ты хочешь быть с ним, так и скажи, я отпущу. Если он тебе так дорог, иди к нему.
Я сел на ложе, где мы могли быть вместе.
- Ты про что Вальдмир, я не пойму.
- Храбр, он... целовал тебя? Вы были с ним ?
- Мы всегда вместе, он мой личник. Конечно мы были вместе, его ранило в походе против кривичей и я почти всё время была с ним.
Открыв рот слушал её рассказ, но она закончила.
И я не выдержал, в который раз за этот вечер, вновь подошел к ней.
Рука сама коснулась её лица, а вторая легла на плечо, слегка поглаживая.
- Он так касался тебя, - в ответ непонимание в её глазах.
- А так? - моя рука опустилась с лица на шею.
Пересвета молчала, а я с плеча повёл руку по её руке.
- Он так прикасался? - я легонько прижал её к себе,через рубаху ощущая холмики её маленьких грудей и слышая частое биение её сердца.
И я не выдержал, это само сорвалось с моих губ.
- Любая, ты моя любая[3]. Не отпущу, ты моя.
Пересвета замерла и подняв глаза смотрела меня.
- Так говорил? А так делал? - я легонько коснулся её губ.
- Нет, -она произнесла, продолжая смотреть на меня.
Её нет, всё решило, я отступил. Пошел омыл лицо водой оставленой нам в кадке[4], зачерпнув ковшом.
Мне нужно было время придти в себя, и понять, как мне дальше быть со своей женой. Одно я понял, что все эти разговоры о княжне и личнике, это всё сплетни.
А дальше случилось то чего я не ожидал, но всегда на это надеялся.
Княжна подошла со спины и тихо проговорила:
- Почему тебя так долго не было? Почему ты забыл обо мне? Я так ждала...
Застыл, как каменный столб от этих слов. В голове кружились мысли несказанные и непонятые ещё самим. Повернулся, она стояла совсем рядом. Глазки горели, вновь в них была видна жизнь.
- Пересвета, я не мог прийти раньше. Так нужно было, прости меня...
Я и правда очень жалел, что не мог из-за своей слабости.
Моя княжна сделала шаг ко мне и вдруг обняла, обхватив руками за пояс, прижавшись к моей груди. А я стоял и впитывал ощущения, что она мне дарила. Меня никогда и никто не обнимал, так по-тихому и по-доброму. И я обнял, как самого близкого мне человека, обнял.
В ответ она подняла голову с моей груди и посмотрела на меня, улыбнулась. И я не сдержался улыбнулся тоже, а потом подхватил её на руки и сел вместе с ней на ложе.
- Моя, хорошая, - я прижал её к себе.
Она льнула ко мне, а я чувствовал её тепло, и в моем сердце творилось что-то невероятное.
- Как твоя Рыся? - cпросил, а сам легонько гладил ей спину.
- Хромая она, в лес больше не пошла жить. Под большим крыльцом живёт, натащила туда всяких веток да тряпья какого-то, но на дворе не безобразничает и птицу домашнюю не таскает, мышкует в основном.
Слушал свою маленькую княжну и сердце радовалось, очнулся от того что она коснулась моего лица.
- А где ж она, на дворе не видно.
- Она пошла с Славом на охоту, а я осталась тебя ждать. Рыся металась,но я сама ей крикнула идти. Ей же в лесу хорошо, чего со мной томиться.
- А кто это Слав?
- Это.. - она замялась.
- Он при княжеском дворе живет, он стрелок хороший, - она прикрыла глаза ресницами.
- Он нравится тебе?- я смотрел на неё, понимая, то почти не дышу и жду ответа, как чего-то очень важного.
- Нет конечно, давно если только, когда я была маленькой...- она замолчала, стесняясь.
- А сейчас ты уже большая? - улыбнулся и поцеловал её в щеку, отодвинув повой.
- Сними, я хочу тебя видеть, - показал на повой.
- Не надо, - она попросила.
- Ну ты же не спишь в нем. А меня не надо боятся. Когда мы вдвоем, ходи без него.
Она сняла очелье и затем повой, глубоко вздохнула.
Я смотрел на шрамы, на белой коже это были длинные красныё полосы. Одна сторона лица в них, и один из шрамов доходил до виска, чуть ли не до глаза. Пока с болью в сердце смотрел на неё, вдруг подумал, а если бы...
Пересвета взялась за повоник, пытаясь укрыться от моих глаз, а я перехватил её руку. И медленно наклонившись, коснулся губами шрама на щеке, спустился и стал целовать шрамы на её лебединой шейке.
- Любая моя, Пересвета.