Вернулся Вальдмир, я тайком утёрла слезу. Он молчал, почти сразу лёг. А я замешкалась, потому что хотела задать вопрос, важный для меня вопрос.
- Ложись Пересвета, - произнёс и повернулся на бок, отвернувшись от меня.
- Вальдмир, а у нас будут дети? - я решилась.
Он молчал, а я ждала ответа.
- Нет, не будет. - он помолчал немного.
- Я не хочу детей. А теперь спи.
Легла, его ответ всё решил, всё поставил на место.
Мои глаза уперлись в тёсанные бревна потолка. Долго смотрела, запоминая, каждый сучок и каждую полоску.
Нет, я не пойду с ним в Конугард. Я вообще с ним никуда не пойду, потому, что у нас с ним слишком разные дороги. Мы как два мира, соприкосающиеся с друг другом, но никогда не соединяющиеся...
[1] Липень это месяц июль
[2] Угра - река приток Оки
Единственная моя -Вальдмар
ГЛАВА 20
Ей только семнадцать будет
И надо же было влюбиться
Так смело, так вольно, так сильно,
Как в небо влюбляется птица.
Они неразлучны были:
Всегда только вместе и рядом,
Так сильно друг друга любили,
Радуясь каждому взгляду.
Не долго продлилось их счастье,
Вот он уже ходит с другою,
Любовь их сменилась ненастьем,
Разбитое сердце наполнилось болью.
И вот последние мысли,
Последние чувства, страданья.
Она как свеча угасает,
Все реже стало дыханье...
Слово за словом ложится
На белый...
Автор: klevaiamarishka
ВАЛЬДМИР
Лето 936 год н.э. Ждамир
Лето, самое жаркое лето в моей жизни. И не из-за солнца, а из-за моей маленькой Рыси. Я забыл обо всём, только она была в моих мыслях. Это не просто целовать и обнимать, желать, но доходя до определённой грани, отступать, день ото дня отступать.
Как это мне удавалось не знаю, но я сдерживал себя, лишь бы не навредить и не напугать княжну. Как же она была мной желанна, как же она была мной любима...
Мы почти не расставались, понемногу узнавая друг друга. Я уж поверил, что всё будет хорошо, только осталось подождать. И я был готов к этому, лишь бы только не сломить и не разрушить, жизнь любимой.
В этом своем мечтательном воодушевлении я совсем не замечал жёсткие взгляды личников княгини. Не замечал осуждающих взглядов верховного волхва, и не слышал разговоров за своей спиной своих людей ближних.
Я видел перед собой только её зеленые глаза, только её улыбку. Радость в её глазах, солнечная улыбка, так бы и смотрел не отрываясь. Мне всё больше хотелось её радовать, чтобы эти глазки горели для меня.
Мне хотелось забрать её с собой, обрести спокойствие и ждать её сроков. Обрести со временем семью, которой у меня никогда не было. Уверен, Пересвета мне бы её дала, со временем бы появились дети. Я иногда представлял, как они будут сидеть у меня на коленях. Сын и дочка, похожие на маму и может немного на меня.
Вот сегодня на охоте, Ульрик улыбаясь подначивал меня своими шутками. А я лишь улыбался в ответ и иногда ставил на место.
- Вальдмар лопнешь от счастья, рожа от улыбки не треснет, - ржёт как конь.
- Ульрик, не завидуй, - улыбнулся.
- Ага, я тоже так хочу. Слушай, а у княгини подружки нет? Я тоже хочу жену из русов.
- Из русичей, - поправил его.
Я не обиделся на друга, на его смешки и подначивания. Всё равно, кто и чего думает.
Но время шло, и я понимал, нужно принимать решение. Заберу с собой, буду счастлив, а будет ли счастлива Рыся моя? Как она будет в Конугарде без своей рыси, личников, Ладислава. Это её мир, она так живёт. Да, понимаю, что женщины по судьбе своей следуют за мужем. Привыкают к новому месту, к новой жизни. Таковы их жизни, начертанные сверху богами...
Но моя дикая Рыся, она не готова, и я боюсь за неё.
Надеюсь, принять решение поможет Ладислав, хочу поговорить с верховным волхвом.
Весь день сегодня провели мы вместе с Пересветой, катались на лодке по реке, вернулись только на закате. Не вижу смысла оттягивать разговор с волхвом. А потому направляюсь к нему для разговора.
Волхв сидит перед своим домом, всё в там же где и раньше мы разговаривали. Я подхожу, он молчит и не смотрит на меня. Так проходит какое-то время.
- Ладислав, поговорим о Пересвете.
Волхв не ответил.
- Пойми, я для неё всё сделаю. Жизнь положу, для меня её жизнь важнее.
Волхв поднял на меня глаза, долго смотрел, а потом произнёс:
- Конунг ты сделал всё, чтобы укоротить её жизнь. А теперь печёшься?