И я откликалась, обнимала и он целовал, нашёптывая:
- Моя, моя любая...
А я верила, доверяла и шла за ним.
Я затихла за луну до большого города, мне было страшно, ведь впереди меня ждала новая жизнь. И я не знала, что там впереди меня ждёт, буду ли я счастлива и будем ли мы счастливы вместе с Вальдмиром.
Опасливо осматриваясь по сторонам, всё вокруг было другим, как будто чудным даже. Другие деревья и травы, воздух более жаркий и сухой, даже люди вокруг по-другому одеты. Дома были повыше и покрыты по другом, я замечала всё и дивилась. Вроде бы всё Русь, и русичи кругом, но язык их другой, и благо Ладислав всё предусмотрел. Была при моем дворе, толстая повариха из полян. От неё и учила язык их, а когда шли по землям понимала, о чем говорят люди по селениям.
Переглядываясь меж собой люд простой говорил, что хороша жена у конунга и из русичей, что их радовало.
И вот на горизонте в лучах утреннего солнца, после освежающего дождя, появился город, расположен он в гористой местности на берегу Днепра. Я широко открытыми глазами смотрела на приближающийся город моего будущего, чувства переполняли меня. Велела личникам седлать Тора, и как только исполнили, села на коня.
Мне не терпелось, и я напряжённо всматривалась вдаль, не заметила, что конунг ехавший впереди обернулся и увидел меня в седле. Мгновенно он оказался рядом, хотел что-то сказать, но я опередила:
- Какой он большой, и красный.
- У тебя всё ладно? Зачем на коня села? - нахмурил брови.
- Не сердись, любый, хочу всё видеть, а можно с тобой рядом? - c надеждой глянула на него.
Что-то изменилось в его взгляде, он сравнял ход своего коня с моим, и чуть наклонившись произнес:
- Всё для тебя моя любая, - улыбка была на его губах.
Ускорив своих коней, мы вместе выехали вперед шедших дружин.
Я осматривала всё вокруг, видела поселения ремесленников. Здесь были печи по отливу металла, и кузнецы, а дальше шли дома кожевников были видны развешанные шкуры. А ещё вокруг кипела стройка, там и тут строились дома, мастерские. Город рос, и это было видно.
Когда приблизились к высоким крепостным стенам, возведённых на высоких насыпных валах, смотрела внимательно, как уложены бревна в стене и как они плотно подогнаны друг к другу.
Я прекрасно знала, как строятся такие стены, это рассказывал мне Ладислав, и подобные стены были в Хорьдно.
Это были крепкие деревянные, скорее дубовые срубы, которые были заполнены уплотненной землей. Когда срубы связывали, их фиксировали и укрепляли земляными насыпями- откосами с двух сторон. Затем сверху по срубно-земляному валу шли деревянные стены. На стенах строили боевые площадки с деревянными заграждениями с внешней стороны стены с крышей, в которых прорубались узкие бойницы, в виде вертикальных проемов для лучников. После окончания строительства все внешние деревянные конструкции плотно обмазывали глиной, чтобы избежать пожаров.
Но здесь я увидела стену в два раза выше и шире, той что в Хорьдно. А ещё, меня поразила высота ворот, к которым мы подъехали. Очарованная, я посмотрела на Вальдмира, он ободряюще смотрел на меня.
Тут вдруг из телеги раздался кошачий писк, Рыся потеряв меня, была испуганна. Мне пришлось подъехать и заглянуть под полог, успокаивая кошку. Она просилась на руки, после нападения медведя она стала совсем ручной, и порой не слазила с рук. Жалко стало, напуганную Рысю, я взяла её и посадила в седло, с собой. Так в троем, с Рысей, и въехали мы в город, через высокие ворота.
Конугард встретил меня утренним солнцем, и радугой после дождя. А ещё он встретил, толпами людей, встречающих нас, было видно люду нравился конунг, они кричали его на норвежском и на полянском. Выкрикивались слова приветствия и добрых пожеланий. На меня и рысь, прижавшуюся ко мне, показывали пальцем, и перешёптывались.
А мне так хотелось верить, что здесь я буду счастлива.
Вальдмир ввел меня в новый дом, он был большим, таких я никогда не видела. Я вошла в дом не смело, поглядывая на мужа. Рысь крутившаяся возле ног, шмыгнула первой, и стала обнюхивать углы и стены. Мне нравилось, что в доме пахло свежим деревом.
В доме уже было всё самое нужное, но не было ещё уюта. Ну ничего решила всё наверстаем.
Через два дня в Конугард вернулась вся дружина конунга, взятая в походе богатая добыча была поделена. Несколько отрядов ушли, направившись по Днепру к Ладоге, а уж затем в свои земли. Были и те кто решил остаться, они остались зимовать и стали под стяги конунга Конугарда.