Автор Эдуард Асадов
ПЕРЕСВЕТА - КНЯГИНЯ ВЯТИЧЕЙ
Осень 938 год н.э. Конугард.
Почти двадцать лун, как Вальдмир ушёл из города, вести что до меня доходили, были благополучные. Конунг был жив и здоров. Стало очень холодно, налетели холодные ветры листопада[1]. Я грустила, и ждала возращения любимого.
Прошло ещё семь лун, а с ними пришло известие из Велыни, главного города бужан. Город викинги сожгли, погибло очень много простых горожан, и вся дружина вместе с воеводой Велимиром, убиты и два верховных волхва. Бужанам нанесли такой урон, что они не восстановятся много лет.
Я не знала лично и не видела никогда воеводу Велимира, отец знал, мы были в союзе. Князья бужан пали в битве с конунгом Олегом, много лет назад, меня ещё тогда не было на этой земле. За старшего, потому у них был воевода.
Но земля русская полнится слухами и до меня они доходили, бужане признали главенство конунга Конугарда уж давно, и мыслей о бунтах не вели. С чего вдруг восстали?
А ещё я до боли поражена тем, что сделал муж. Зачем было убивать и сжигать город?
У меня нет ответов на этот вопрос, он мог бы наказать их кнутом, отсёк бы руку иль уж ослепил. Отец так наказывал, не послушных. Мне правда не приходилось, бунтовщиков восставших против меня в начале княжения моего, кнутами пороли и больше уж не было такого.
Несколько лун я не могу принять этих страшных известий, становится холодно и больно в груди у меня. А ещё мне больно от того, что получается я не знала своего мужа совсем, не знала, что он может быть так жесток и беспощаден.
С первыми лунами груденя[2] из тяжелых наполненных снегом облаков, вдруг выглянуло солнышко, согревая своими лучами, замерзающую землю. Мне вдруг показалось, что во мне ещё теплится огонёк надежды и оседлав своего белоснежного Тора устремляюсь в лес. Туда где мне всё привычно, туда где моя душа отдыхает, туда где она живет.
Я не спешу и двигаю коня медленным ходом, по лесным дорожкам и со мной, небольшой отряд из ближних, личники и Рыся. Мой путь к реке, хочу увидеть широкий и неспешный Днепр - Славутич[3].
Берег реки Славутич в этом месте был высок, корни деревьев, растущих по краю, были вымыты из земли берега весенним половодьем, и теперь торчали из земли.
Стоя на краю обрыва, я наклонила голову вниз, осматривая переплетения корней и воду внизу. Неспешное течение, шелест листвы деревьев и солнечные лучи, скользящие по воде Славутича.
Красиво, но мои брови нахмурены, губы плотно сжаты и мысли далеко отсюда.
Они, как сокол, взмыли высоко в небо и парят над родной землёй, над Русью.
Хочется туда, вверх в небо.
Сколько я так простояла, не ведаю.
Вдруг у ног, раздался писк кошки, моей Рыси.
Я перевела взгляд, оторвав его от вод реки, в небо где сияло солнце и кружили птицы.
- Что Рыся? Нагулялась? - опустила глаза на рысь у ног.
У неё в зубах была крупная мышь, и похоже она принесла её мне, она частенько делилась со мной добычей. Наклонившись, я погладила её по голове и слегка потрепала за ухом.
- Ешь давай, и пойдем. Возвращаться пора.
Прислонилась к стволу дерева, посмотрела вглубь леса, там должны быть оставленные мной личники и ближние, к берегу я ушла одна. Отпускать не хотели, но после того, как повторила сквозь зубы им, остаться, замолчали.
Из леса мы выехали уже после полудня, солнце вновь спряталось за серые низкие тучи, навевая тревогу. Сердце не находило покоя, отчего я слишком сильно натягиваю поводья Тора. Проезжая по дороге, ведущей к воротам в город, я вижу стоящих по краям людей, из ремесленых селений. Они смотрят на меня, переговариваются и качают укоризнено головой.
Мне не нравятся взгляды полян с окраин Киева, они ещё сильнее вызывают во мне напряжение. Уже не в силах, сдерживать себя, рывком натягиваю поводья и Тор закусив удила, встает резко на дыбы. И я не успеваю ничего сделать, падаю с коня...
Открываю глаза, ожидая увидеть себя на земле, и почувствовать боль от удара. Но нет, этого.
Оглядываюсь, меня держит на руках Храбр, поймав у самой земли.
Люди вокруг примолкли, ближние все смотрят на меня и Храбра.