Мне жаль, что тиверцы были так упорны, я не хотел лишних смертей, но они не хотели сдавать Червень. Мы всё же взяли город, после их яростного сопротивления, во мне было желание, быстрее всё закончить и договориться с их главами.
Но они закрылись в доме, их пытались заставить сдаться, но они выбрали смерть. В огне погибли воевода Бояр, князь Севяс, его сын и верховный волхв, сгорели заживо.
Я не хотел столько жертв, но всё случилось по-другому.
На подходе к Конугарду вдруг пошёл снег, крупные белые хлопья. Я смотрел на снег, а в голове была только одна мысль, быстрее её увидеть. Мне хотелось быстрее к ней прикоснуться, почувствовать тепло её губ, услышать её дыхание. Потребность в ней, была как жажда, которую хотелось быстрее утолить.
Снег падал, закрывая видимость на город вдалеке. Снег, был слишком ранним.
Снег, был предвестником, и я это чувствовал.
Сжав плотно зубы, и ощущая в груди предчувствие беды, ускорил ход коня.
Княгиня не встречала меня, что поразило меня.
Въехав в город через ворота, направился к своему двору, ожидая увидеть её, хотя бы там.
Въехал, поискал её глазами, но её не было.
Спустился с коня, ко мне подошёл Агейр.
- Княгиня на охоте, конунг Вальдмар, мы вас завтра ждали.
- Пошли человека за ней, как вернётся, мне сообщи.
Быстро поднялся по высокому крыльцу в дом. Весь грязный от копыт коня, потный и пыльный, я встал посередине нашей с женой ложницы, и всё, что я хотел это видеть её.
Со двора послышался шум, топот коней и голоса людей. Я прислушался, мне хотелось услышать голос Пересветы, но она ничего не говорила. Предчувствие не оставляло, терзало и дернулся пойти навстречу, только бы быстрее увидеть её.
Шаг к двери я уже сделал, но дверь открылась.
Княгиня вошла, моё дыхание участилось, я как безумный смотрел на неё, в её глаза.
Мгновения, приблизился к ней, прижал к двери и впился в губы. Дыхание, а скорее хрипы, разогревали кровь, я желал её, она была мне нужна, как воздух, чтобы жить.
- Прошу, Вальдмир, - через пелену желания, я всё же услышал её тихий голос.
- Пересвета, - я чуть ослабил натиск.
- Прости, что напугал, соскучился, - провёл рукой, по её щеке, всё ещё пытаясь справиться со своим желанием.
Из объятий так и не выпустил её, всё ещё прижимал к двери.
- Мне не можно Вальдмир, мои луны пришли.
Стон сорвался с моих губ, ударил лбом в дверь, и глубоко вздохнул.
- Любимая, так долго тебя не видел, подожду немного.
Отступил, чтобы не смущать. Подышал глубоко, пытаясь успокоить себя.
- Пойду обмоюсь, весь грязный. Ты потом спустись, в нижней гриднице[1] мои люди будут за столами.
Пересвета, хотела сказать, что нельзя ей за стол, но я опередил.
- Им неизвестно, что тебе нельзя. Чуть посидишь, потом я тебя отпущу.
- Да, мой муж, - она смиренно мотнула головой соглашаясь.
Ушёл в мыльню при доме, вымывшись и сменив одежу, вернулся в ложницу, хотелось побыть с ней рядом. Но княжны там не было, она как и веками заведено ушла в другую комнату. Я был недоволен, могла бы и немного подождать.
Немного выждал и спустился вниз в гридницу, там уже за столам, сидели мои люди, и увидев меня приветствовали громкими криками.
Несколько хвалебных речей и тостов, на столах накрытых к пиру, много пива и вина, и еды разнообразной. Пересвета не шла, моё недовольство росло, последней каплей были слова Свенельда.
- Конунг, где же твоя красавица жена? Не хочет нас поздравить с удачным походом?
Я посмотрел на одну из девок при доме, прислуживающую за столом, она и княгини помогала.
- Сходи к княгине, скажи приказываю ей спуститься в гридницу.
Девка убежала, а я заскрипел зубами, злился что Пересвета меня не послушалась.
Прошло уж много времени, но княгиня не шла, решил наверно наряжается, хочет показать себя с лучшей стороны. Но я так и не дождался, рядом с вернувшейся девкой, встал личник княгини Храбр.
Я нахмурил брови от недовольства, что ему надо.
- Чего тебе?
- Конунг, княгиня приболела, она уснула, прошу тебя не тревожь её.
А дальше он встал на колени и склонил голову.
От его странного поведения, я опешил, продолжая смотреть на его склонённую голову.
-В это время спать? Конунг тебя похоже со скорым наследником можно поздравить,- Свенельд заржал, как конь.
Мотнув головой, отпустил личника.
Когда ближние стали расходиться, разомлев от выпитого, я тоже вернулся в ложницу. Пересветы не было, я лег один. Сон не шёл, от беспокойства за неё, правда заболела или ей не можется из-за женских лун. Поворочавшись, и не находя покоя я встал.