– Прикольно, – отрешенно согласилась Марта, но до нее тут же дошел смысл сказанного. – Подожди, что значит решил?
– То и значит. Мы же во сне. В конце концов, это место, где оживают любые образы.
– Но ведь, если я тебя придумала, значит и кеды тебе придумала я?
– Если ты меня придумала, – медленно произнес Август, – то да.
– Я не люблю красный цвет. Зачем мне делать их такими?
– Я знаю, что не любишь, а вот я всегда мечтал именно о таких и, когда купил был счастлив. Подумал, что и здесь они мне подойдут.
– Можно они будут зелеными?
Август глубоко вздохнул.
– Ты не дашь мне покоя, верно?
Марта не ответила, а лишь удивленно взглянула на собеседника.
– Если ты считаешь, что я твоя выдумка, так перекрась их сама. В противном случае я отказываюсь. Мне нравится красный.
– А как? – Марту совершенно не интересовало пожелание Августа и ей хотелось избавиться от этого яркого пятна.
– Что как? Как перекрасить? Силой мысли. Смотри, – Август указал на стол, с кучей сваленных конвертов, и там через секунду на самой верхушке появился маленький букетик полевых цветов. – Я представил, и он появился.
На первый взгляд все казалось довольно просто, но на деле ничего не получалось. Марта и так и сяк пыталась представить зеленые кеды, даже напрягала все до единой мышцы лица – бесполезно.
– Не выходит, да? Потому что я не твой вымысел. И кеды останутся красными.
Марта недовольно цокнула.
– Тогда кто ты? И что делаешь в моем сне?
– Я твой друг, моя дорогая Марта.
– Неправда. Я тебя не знаю, – Марта машинально сделала два шага назад.
– Моментальная защитная реакция.
– Что?
– Я не психолог, но сама посмотри. Вот прямо отвлекись на секунду. Ты отошла назад и скрестила руки на груди. Моментом. Намек на опасность и отстранение в защитной стойке.
– Ничего подобного, – разозлилась девушка.
– Хм, – улыбнулся Август. – Я и не прошу тебя соглашаться. Я обратил твое внимание.
Девушка молчала, глядя на Августа исподлобья, и не двигалась с места.
– Полагаю, ты все-таки ждешь ответ? Хорошо, – Август расположился в одном из кресел возле камина. – Садись, так удобнее.
– Мне и так вполне удобно.
– Как скажешь, но помни, что это всего лишь сон, а значит тебе не угрожает никакая опасность. Ты всегда можешь проснуться и моментально окажешься дома, – молодой человек немного подождал, надеясь, что Марта сядет, но чуда не произошло. – Как я уже сказал, я твой друг. Ты же видишь, что я старше тебя лет на десять?
– Угу.
– Так это потому, что мы еще не встретились.
– Докажи! – Августу даже показалось, словно девушка слегка притопнула ногой.
– Как я тебе докажу?
– Если ты мой друг, то скажи что-то… Нет, – плечи опустились вниз, и она отвела взгляд. – Если я тебя выдумала, значит ты знаешь тоже самое, что и я.
– Именно, а фотографии я тебе принести не могу.
– Хорошо, пусть ты говоришь правду, но почему ты здесь?
– Мне кажется, тебе сейчас не помешал бы друг.
– У меня есть друзья, – Марта продолжала держать крепкий щит.
– Конечно, но разве ты с ней обсуждаешь что-то по-настоящему важное?
– С ней? – словно не понимая, спросила Марта.
– Снежаной.
– Это не твое дело.
– Действительно, не мое, – согласился Август. – Но я прекрасно знаю, как иногда нужен кто-то, кто тебя выслушает. Я не могу сказать, что эмоции особенно часто закипают внутри меня. Такой уж характер, но в те разы, когда это происходило, мне хотелось поделиться с человеком, который готов выслушать. Выплеснуть, успокоиться и узнать его мнение. Мы иногда себе так много надумываем, что даже представить страшно.
– И зачем ты мне это говоришь?
– Хочешь сказать, что с тобой так не бывает? И ты не понимаешь, о чем я говорю?
– Нет, – твердо сказала Марта.
Август смотрел на юную девушку и видел, как она напряжена. Прямые ноги, как у солдата по стойке смирно, руки, скрещенные на груди и плотно сжатые губы. Словно кошка соблюдающая безопасное расстояние, но не пытаясь бежать, Марта наблюдала за новым знакомым со страхом и интересом. С каждым его вопросом девушка испытывала все больший дискомфорт и приближалась к черте, когда ноги, не спрашивая разрешения, все-таки понесут ее прочь. А все от того, что в словах Августа звучала правда, в которой она не осмеливалась себе признаться, но чувствовала ее.
– Я не враг тебе, Марта. Если хочешь, я могу уйти, а, когда понадоблюсь, позови меня, и я услышу. Обещаю.
– Уходи, – сказала она, хотя хотела, чтобы он остался.
– Послушай, не нужно быть столь категоричной. Я вовсе не хотел тебя задеть…