— Какое совпадение, а я вас нет, — сделав глубокий вдох, как будто сейчас ей перекроют кислород, сказала Вилена, — Я вроде бы ясно выразила свою мысль, когда вы пытались промыть мне мозги пару часов назад, разве нет? — Меньшикова нахмурилась.
— Когда ты стала настолько глупой? — сохраняя спокойствие в голосе, спросил тот, — Так долго служить мне, чтобы попытаться сбежать сейчас. И ради кого? — словно презирая ее, говорил мужчина, — Ты меня разочаровываешь.
— Ради себя, все верно, — девушка сложила руки на груди, фокусируя взгляд на какой-то точке на стене, не желая смотреть в сторону начальства, — Вы думаете все так просто? Значит плохо за это "долго" узнали меня. Для меня, в первую очередь, важна моя позиция. На остальное так-то плевать, — она усмехнулась, переводя взгляд в пол.
— Ты лжешь, — заключил тот, — Лжешь сама себе, что уж говорить обо мне. Но я не сегодня родился и все понимаю, — голос становился грубее, когда он в конце концов решил повернуться в ее сторону, — Ты делаешь хуже не себе.
— Да? И что поняли? Расскажите, поделитесь со мной. Я никуда не тороплюсь, — Вилена заинтересованно посмотрела на своего собеседника, — Лезть в мою жизнь не советую.
— Ты же помнишь, что жива благодаря мне? Я все еще могу приказать Лене и уже она будет распоряжаться твоей судьбой, вместе с судьбой твоего друга, — ответил мужчина, пристально уставившись ей в глаза.
— У меня нет друзей. Кажется это было одним из пунктов в договоре. Вы обвиняете меня ни за что, из-за чего? Это было ваше решение или какая-то птичка напела? — вступая в эту битву кто дольше не отведет взгляд, уверенно сказала Меньшикова.
— Ты нарушила договор, — сурово ответил тот, — Прекрати делать мне мозг. Мне не хочется лишать себя такого хорошего солдата, Вилена. Но ты вынуждаешь меня взять инициативу в собственные руки, — он покачал головой.
— Будто вы сами ничего не нарушали, — фыркнула та, — И вообще, тут все такие святые. Кланяюсь в ноги, впечатлили! — она издевательски изобразила поклон, — Предложите мне более выгодные условия и может быть я передумаю. Вы же знаете, что я всегда шла вам навстречу.
— Торговаться вздумала? — усмехнулся тот, — Да… Этого у тебя не отнять, — он развернулся к ней боком, протягивая руку к столу и зажимая маленькую кнопку, — Уведи ее, — после этих слов в комнате появилась Елена, вновь дотронувшись до плеча Меньшиковой они переместились в подвальное помещение.
Вилена не поспевала за быстрыми действиями Нечаевой, оказываясь в цепях, после чего ей мгновенно вкололи неизвестное вещество в шею.
— Что ты творишь, Елена? Не ты ли гарантировала мне полную неприкосновенность? Чтоб я тебе ещё раз поверила, да хер там плавал! — Меньшикова плюнула в нее. За невозможностью пошевелиться Вилена просто наблюдала за происходящим. Лена усмехнулась, тыльной стороной ладони стирая с лица чужую слюну, после чего ударила Меньшикову по щеке.
Звук раздался эхом по помещению, вместе с шипящими звуками, что издавала Вилена. Нечаева лишь спокойно ухмыльнулась.
— Ты сама усугубила ситуацию, милая. Здесь ты до тех пор, пока не осознаешь всю серьезность своих поступков и пока мой братишка не ринется на твои поиски, — ответила та.
— Сделай одолжение, завались, — демоница устремила свой взгляд на Елену, — Он слишком предсказуемый, скорее всего уже где-то рядом. Но ты должна понимать, какой шок будет у бедного мальчика, который все это время думал, что его сестра мертва.
— Так или иначе, мы в одной лодке, — Вилена погрустнела, вероятно осознала, что в очередной раз сделала что-то ужасное, но увы это ужасное — и есть работа.
— Тебя это беспокоить не должно, я обо всем позабочусь, — Елена отошла назад на несколько шагов, — Не сомневаюсь на его счет, — она улыбнулась, двинувшись в сторону выхода и помахала демонице перед тем, как покинуть помещение.
Глава 8. Каждый раз одно и то же
Утро вновь пришло с рассветом. Многие горожане выходили из домов, спешили куда-то и наслаждались видами. Лучи солнца озаряли верхушки златоглавых церквей и многих домов, что возвышались в виде каменных джунглей города.
Было шумно. Сквозь этот шум сложно было понять о чем молчит город и какие ужасы видит по ночам. Так и в штабе, работа кипела, дела наваливались друг за другом.
Работа охотника — означала защиту всей территории и боевая готовность в любой подходящий и неподходящий момент. Илона Павловна была особенно зла этим утром. На ее лице была заметна ярость. Так как набеги снова стали учащаться и было тяжело понять кто прав, кто виноват.