— Ва-ань, — тянет Алиса, появляясь в спальне и развязывая узел на белоснежном полотенце. — Может, на второй круг? Ну его, этот твой город? Оставайся, а?
Окинув мимолетным взглядом стройное гибкое тело, прикрываю глаза, ощущая, как медленно тлеет сигарета между пальцев.
— Нет. Мне надо домой.
— Ну… почему я тогда не могу полететь с тобой? А?
Блядь.
Женщины милы и беззаботны ровно до той поры, пока им не ударит в башку сделать что-то по-своему. Тогда они даже не подумают ни о тебе, ни о ваших общих договоренностях. Просто потому, что ее левая пятка так захотела.
Яркий пример — Алиса Бах.
Выглядит вполне женственно и даже ведет себя послушно. Вела. Ровно до тех пор, пока ей не понадобилось поставить на место мою без пяти минут бывшую жену.
В отговорки типа «тебя искала, милый» я не верю. Только не женщине.
— Я просто хочу все время быть с тобой, — застегнув атласный лифчик, Алиса укладывается под боком и обхватывает мой торс рукой. — Знать, чем ты живешь. Кормить тебя, спать только с тобой, быть преданной только тебе.
— Выгуливать по времени… — продолжаю хмуро.
— Ну почему сразу выгуливать? — насупленно возражает Лиса.
— Тебе бы собаку завести с такими хотелками. А я отдельный человек.
Затушив сигарету в пепельнице, потираю плечо и прикрываю глаза. Договариваю расслабленно:
— Чем я живу — тебе лучше не знать.
Тонкая рука ласково треплет мой заросший щетиной подбородок.
— Собака у тебя тоже есть, Вань, — обиженно выговаривает она. — Ты даже ее доверить мне не можешь… А детей как доверять будешь?
— У меня не будет детей, — безразлично отзываюсь.
Об этом я тоже говорю раз в шестой. Что о стенку горох, ей-богу!..
— Мне иногда кажется, что своего Полкана ты любишь больше, чем меня, — игнорирует Алиса мое признание.
— Я ни-ко-го не люблю, — четко произношу. — Хватит нести чушь. Одевайся, иначе я не успею отвезти тебя домой.
— Я не хочу домой, — снова возражает она.
Это не баба, а сущее наказание.
Подскочив, отбрасываю простыню и подхожу к шкафу, чтобы взять чистые трусы. Следом впрыгиваю в джинсы и натягиваю белую футболку, поправляя швы на рукавах.
— Я не хочу домой, — повторяет Алиса, привлекая мое внимание тем, что сладко потягивается.
Защелкнув замок на часах, снисходительно на нее смотрю.
— А куда ты хочешь? К Полине? — называю первую попавшуюся на ум подружку.
— А при чем тут Полина? — смотрит Алиса с подозрением и приподнимается, опираясь на локти. — Она что, звонила тебе?
— Нет. А должна была? — усмехаюсь.
Пока складываю бумаги в кейс, эта ненормальная напрыгивает сзади и больно кусает за шею.
— Ты охренела, Лис?
— Я больше не буду дружить с Полиной. Не понравилось мне, что ты про нее вспомнил, — смеясь, теперь целует то же место.
— Я даже не помню, как твоя Полина выглядит.
— А все… нет никакой Полины, Ванечка. Забудь.
Зацепившись ногами за мои бедра, Алиса оказывается спереди и смотрит мне в глаза.
— Ты мой, — шепчет она ласково, обнимая ладонями лицо.
— Я свой, — аккуратно скидываю ее на пол. — Одевайся уже. Иначе отвезу к Свете.
— Нет, он и Свету помнит, — ворчит она, пока выворачивает джинсы.
В машине снова заводит тот же разговор.
— Ты с ней едешь, да? — спрашивает прямо.
— Я один еду.
— Но она… твоя бывшая, тоже там будет?
— Возможно, — кидаю на нее предостерегающий взгляд.
Вообще, она в курсе, что на тему Таи лучше со мной не связываться…
— Хорошо, что она раскоровела, иначе я бы ревновала пипец как, — с привычной легкостью произносит гадость Алиса, пока красит губы.
Щелкает солнцезащитным козырьком и смотрит прямо перед собой, а у меня внутри словно красную тряпку вывешивают. Ноль здравого смысла…
— Что ты сказала? — зловеще повторяю.
— Что ревновала бы…