А за садом...
Эстер замерла.
За садом начинался лес. Но не просто лес — настоящая роща, старая, тёмная, с деревьями, которые росли так густо, что под их кронами царил вечный сумрак. И над этой рощей, несмотря на серое небо, висело какое-то особенное сияние. Будто сам воздух светился изнутри.
— Матушка, — выдохнула Эстер, забыв о приличиях. — А что это за лес?
Миссис Хоторн бросила короткий взгляд в окно и поморщилась.
— Какая-то ирландская роща. Не знаю. Наверное, принадлежит местным.
— Она красивая...
— Она дикая. Как и всё здесь. — Матушка поправила кружевной воротник. — Надеюсь, твой отец знает, что делает, привезя нас в эту глушь. Бизнес бизнесом, но жить среди... — Она запнулась, подбирая слово. — Среди них.
Эстер не стала уточнять, кто такие "они". И так ясно: ирландцы. Люди второго сорта.
Карета остановилась за коваными воротами.
Дверца распахнулась, и лакей подал руку миссис Хоторн. Та вышла первой — величественно, словно ступала на сцену театра. За ней — Беатрис, с тем же каменным лицом.
Эстер выбралась последней и на мгновение зажмурилась — после духоты кареты здешний воздух показался ей удивительно свежим. Он пах морем, мокрой травой и ещё чем-то неуловимым, отчего щипало в носу и хотелось чихнуть.
— Папенька!
Радостный визг заставил Эстер открыть глаза. По ступеням крыльца, отчаянно перебирая короткими ножками, нёсся Лиам. Младший брат — семь лет, светлые кудряшки торчат во все стороны, шорты уже успел перепачкать неизвестно чем.
Мистер Хоторн, стоявший на крыльце рядом с дворецким, сделал шаг вперёд и поймал сына на лету, легко подкинув в воздух. Лиам взвизгнул от восторга.
— Ну-ка, покажи себя! — Отец поставил мальчика на землю, оглядел с ног до головы и развернул к матери. — Покажись матушке. Вырос! Совсем мужчина!
Эстер почувствовала привычный укол. Папенька никогда не встречал их с Беатрис с такой улыбкой. Дочек — да, любил, наверное. Но сын... сын был отдельной историей. Наследник. Продолжение рода. Маленький принц, ради которого стоило перевозить семью в эту дикую страну и ввязываться в сомнительные сделки.
— Орби. — Матушка подошла к мужу и подставила щёку для поцелуя лишь учтиво кивнув сыну в знак приветствия и одобрения. — Дорога была утомительной.
Мистер Хоторн чмокнул жену в щёку — коротко, скорее по обязанности, чем от нежности — и перевёл взгляд на дочерей.
— Беатрис. Эстер. — Кивнул, оценивающе оглядывая. — Добрались? Хорошо. Мистер Дэвис покажет вам комнаты.
Дворецкий — сухой, чопорный, с бакенбардами, которые делали его похожим на бульдога — склонил голову:
— Мисс Хоторн, мисс Беатрис, прошу за мной. Ваш багаж доставят.
— Папа... А ты? — Эстер не удержалась и посмотрела на отца.
Тот уже снова переключился на Лиама, который тянул его за рукав, требуя показать "ту самую лошадку". Мальчик даже не вздумал увязаться за мисс Хоторн в дом.
— Я скоро подойду, — бросил отец, не оборачиваясь. — Располагайтесь.
Беатрис тронула сестру за локоть — на этот раз не больно, а скорее предупреждающе. Мол, не начинай. Всё как всегда.
Эстер вздохнула и последовала за дворецким.
Она уже поднималась по ступеням, когда краем глаза заметила движение. Где-то там, у дороги, возле величественных кованных ворот с гербом маячила чья-то фигура.
Эстер обернулась. Ей показалось что там в лучах редкого солнца зажегся факел.
Но это был лишь молодой парень. Рыжий. Он стоял и смотрел прямо на неё, даже не прячась. Она не могла рассмотреть его лицо, но чувствовала взгляд. Эстер показалось, что в груди что-то ёкнуло — странное, тёплое, незнакомое.
— Мисс Хоторн? — нетерпеливый голос дворецкого вырвал её из этого странного оцепенения.
Эстер моргнула, тряхнула головой и поспешила в дом.
Рыжий мальчишка остался за воротами.
Но его взгляд — горячий, живой, невозможный в этом сером мире — она унесла с собой за тяжелые резные двери нового дома.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов