— Нет, и я проведу свой выходной в одиночестве, девочка, — сказала Ви. — Не круто.
— О, расслабься, — сказала я. — Я буду там через несколько минут.
— Хм.
— Не надо хмыкать, — сказала я с негромким смешком. — Я… Мои слова замерли на языке, когда из подъезда Sizzle, едва не столкнувшись со мной, внезапно вынырнула огромная фигура, которую я всегда и во все времена узнавала в своей душе.
Темные, задумчивые, почти черные глаза.
Еще более темная, опасная аура.
Крепкое тело, которого не мог скрыть даже дорогой черный костюм.
Я не видела его полгода, с тех пор как он сидел в задней части церкви вместе с другими мафиози, позади стриптизерш, проституток и клиентов всех мастей, которые были достаточно смелы, чтобы показать свое лицо и отдать дань уважения. А я сидела между двумя гробами, плакала, горевала и чувствовала, как исчезает вся моя жизнь.
Было время, когда мы не избегали друг друга таким образом, когда он не был выше положением и не был окружен наемными убийцами. Когда мы не теряли секунды, чтобы прижаться друг к другу, а один взгляд через всю комнату обжигал нашу кровь.
Благодаря ему эти дни давно прошли.
Я подняла подбородок, встретившись с его темным взглядом, и мысленно укорила себя за то, что заметила, что его некогда непокорные темные кудри теперь уложены в короткие приличные волны.
— Мне пора, — пробормотала я Ви под нос.
— Мисс Вон, — сказал он, проследив взглядом за моей рукой, когда я опустила ее на бок.
Сладкий голос, напевающий мелодию внутри ресторана, долетел до моих ушей, прежде чем за ним закрылась дверь. Этот звук окутывал.
— Гидеон.
На мгновение — меньше, чем на долю секунды — наши взгляды встретились, и мы поняли, кто мы такие. И тот факт, что все мои конечности онемели, обрел смысл.
До того, как мы стали Кейном и Воном, а он — верховным мудаком, все изменилось.
Затем позади меня раздался леденящий кровь крик, от которого у меня перехватило дыхание.
Глава 2
Гидеон
Гидеон. Она назвала меня чертовым Гидеоном. Единственный человек на планете, кроме семьи, у которого была смелость называть меня иначе, чем мистер Гребаный Кейн.
Прошлое это или нет, но это чертовски раздражало по причинам, которые я не буду понять сейчас, не тогда, когда все, на чем я могу сосредоточиться, это ее мягкие изгибы прямо передо мной и то, как ее полные, сексуальные губы обхватывают слоги и как они раньше обхватывали… Кровь отхлынула от ее лица, и я опомнился, когда в воздухе раздался пронзительный крик. Инстинктивно шагнул между Чарли и толпой и бросил взгляд на своего человека, Криса.
— Присмотри за ней.
Он кивнул, и я рванул с места, как пуля, а рядом со мной, как всегда, был мой головорез Джей Ди. Мы направились прямо к толпе, состоящей из болтающих людей и визжащих женщин, кто-то окликнул меня по имени, когда я пробивался сквозь толпу, но я не обратил на это внимания, так как мы с Джей Ди пробивали себе дорогу, вместе с несколькими другими моими людьми.
И тут, как только я прорвался сквозь толпу, маленькая рука дернула меня за руку. Я оглянулся.
Чарли.
За ней, задыхаясь, бежал Крис.
Черт побери.
Она успела обойти его, потом обогнала в своем облегающем костюме, на слишком высоких каблуках и смотрела на меня теми невероятно голубыми глазами, которые когда-то заставили меня пообещать ей весь мир — мир, который я разрушил для нас обоих.
— Дай мне пройти, Гидеон, — сказала она, сверкнув глазами.
— Святые угодники, — сказал Джарод, еще один из моих парней, с отвращением в голосе. — Мистер Кейн.
Глаза Джей Ди встретились с моими. Он молча покачал головой, давая понять, что бы это ни было, это плохо. Очень плохо.
Чарли воспользовалась моментом, чтобы обойти меня и убедиться в этом.
— Не… — я попытался предупредить ее, но было уже слишком поздно. Я обернулся и замер. — Черт.
На одном из гидравлических танцполов в центре зала на всеобщее обозрение был выставлен полуобнаженный труп женщины похожую на окровавленную куклу.
Очевидно, он был спрятан от посторонних глаз до тех пор, пока не заработал лифт для предстоящего выступления.
Это была одна из танцовщиц, но не просто танцовщица.
Это была Джейд.
Лучшая подруга Чарли.
Я тут же переключил свое внимание на Чарли. Было очевидно, что она вот-вот сорвется, но она мужественно пыталась сдержать себя перед полным залом людей, слезы дрожали в ее глазах и начали литься по щекам, через дрожащую руку, прикрывающую рот. Может быть, только тот, кто так же знает ее, как я, или, по крайней мере, знал раньше, заметил бы мелкую дрожь, которая начала охватывать все ее тело.