Это еще одно доказательство того, что девушка прислужница самой Смерти! А Мойра берет в свой близкий круг лишь тех кто жаждет крови и готов пожертвовать всем ради своих целей. Таких же как сама богиня, готовых испепелить всех близких людей, ради простой свободы!
-Прошу меня простить, за столь быстротечную встречу и навязанный вам разговор. – Мило улыбнулась с виду безобидная девушка. – Не хотела тратить ваше время на пустую болтовню. – Элегантно хихикнула дочь князя. Нет, сейчас она выполняла все пункты этикета, как после непринужденного разговора за кружечкой чая в саду с подругами. Но было в ее фигуре что-то пугающее, мощное, чужеродное … такое же, как в самом Дейрене. – Просто хотела отдать должное внимание Охею. Зря пришла…
Девушка приподняла полы платья и плавно двинулась на выход, держа спину ровной, а голову приподнятой. Свет, проникающий из-за двери, заставил волосы тесы «вспыхнуть». В помещение просочилась прохлада и свежесть. Ветерок донес запах леса после дождя.
-И что будет? – Нерешительно подал голос служка.
-Ничего, - передернул плечами старик, скидывая наваждение.
-Я теперь знаю, почему прислужницы смерти ужасны. – Прошептал не унимающийся паренек. – Мойра ходит по всем владениям бывшей империи и несет смерть, когда остальные боги «привязаны» к своему месту.
Старший служитель нехорошо окинул взглядом разговорившегося парня и приказал ему переписать сказание об Охее несколько раз. А сам… задумался. Все-таки не хороший разговор получился с тесой. Хоть она и глупая баба, но услышала все, считай из «первых уст». Сам служитель, хоть и молодой, обвинил поместье в разврате. Но кто будет слушать низменное существо человеческого мира? Но на всякий случай он заглянет к графу. Пообщается. Теса попыталась припугнуть знанием его секрета, но… до чего может додуматься недалекая свиноматка?
Нет! Нужно поговорить с графом Весо! Его общество хоть и не идеально, но все-таки намного лучше, чем его выродка, с которой даже разговаривать не хочется!
В кабинет прокрадывался свет восходящего солнышка. Он мягко стелился по полу, затрагивал танцующие на ветру шторы, и ютился на огромном столе, заваленном бумагами.
Дейрен сидел в стороне от рабочего места, и устало протирал слезящиеся глаза. Хоть он и встал несколько минут назад, но было ощущение, что он не спал несколько дней подряд. Раньше такое состояние у него было лишь после продолжительной поездки на коне. Даже, когда он отправлялся за невестой в Вето, то чувствовал себя намного лучше. И когда преследовал «мальчишку» ощущал себя загоняющим хищником, но ни как не дряхлым пеньком. Сейчас же… здоровье совсем подвело его. Но сколько не сделанных дел! Сколько планов! Сколько начинаний!
-Отец, - в кабинет проскользнул «кусочек неба», - зачем вы встали так рано?
В легком голубом платье, с простой косой до пояса, «дочь» казалась слишком свободной и нереальной для этого «не детского» мира. Даже смотря в ее обеспокоенное лицо нельзя понять, почему именно на нее пал выбор графа. За женской хрупкой фигуркой нельзя было увидеть ни решимости, ни целеустремленности, ни наглости.
-Отец, - ладошка Миры прикоснулась к его сморщенной щеке, - что-то случилось?
Он разглядывал ее и понимал, девушка продолжает тренироваться с мечом. Ее рука хоть и была нежной, но определенная жесткость присутствовала.
-Я знаю, что ты была у священников Охея, - выдохнул мужчина и нежно притронулся к ее обеспокоенному лицу. – Зачем ты разбередила улей? – Упрекнул граф, тяжко вздыхая. – Тебе не справится со Степаном, а я не в силах сейчас повлиять на храм. Мне даже не добраться до столицы для написания прошения на проверку.
-Я не хотела доставлять вам проблем, - девушка выпрямилась и отошла к заваленному документами столу. – Просто, мне нужна вода, а эти святоши не пускают никого к колодцам. Вы дали мне благословение на наведение порядка, я и занимаюсь всеми пунктами своего задания. - мягко и безобидно улыбнулась девушка, но только Дейрен видел в ней стойкий стержень, который не позволит ей отступить.
Мужчина ухмыльнулся, понимая, что дочь обхитрила всех, а не только его. Под предлогом доверенного ей дела, она влезла в самый темный угол. Но ее никто не посмеет упрекнуть. Женщина ведь во благо отца затеяла уборку, и с теми же целями пошла в храм.
-Ойд Степан слишком скользкий тип, с ним надо говорить осторожно и полу-фразами…