«-Мира? – Выдохнул мужчина и ощутил, как к сердцу прикоснулось что-то».
… Старушка стояла на коленях и упиралась лбом в землю. Что произошло? Где я?
-Гадалка умерла, - сообщил мне Кейл и повел подальше от места смерти. – Мира, завтра к тебе врачеватели с муши придут. Ты ведь не больна? – Он смотрит на меня, будто от моего ответа зависит его жизнь. Странный паренек.
Я не могла отойти от охватившей меня дрожи. О чем эта старуха говорила? Какие воины и императоры?
-Пить не хочешь? – Кейл тянул меня в какую-то таверну и держал за руку, так будто я сейчас в труху превращусь.
-Угу, пить, - вообще-то меня мало заботило окружение и люди.
Просто мне давно не приходили письма от Северина. Да, раньше послания были какие-то глупые: «Хорошо ли питаешься … здорова ли … не обижают … если что, то я порежу всех и вся …». Очень много контроля и даже иногда ощущалось, как поводок натягивается, но в то же время: «У нас был первый снег, но он быстро растаял. Это южная сторона, поэтому снег здесь не частый гость … я жду …». Он так писал о снеге, но мне казалось, что ждут меня. Всего несколько строк. Он скупой на слова, зато в каждом послание был рисунок животного. Такое необычное письмо … раньше было, а сейчас – нет.
Заметила, что зашли в «Ясного Сома», а потом меня посадили за стол и паренек исчез. Через минуту он появился и поставил на стол что-то дымящиеся в кружке.
-Ты такая отстраненная из-за болезни? – Участливо спросил Кейл, а я смотрела на него и понимала одну очень важную мысль.
-Кейл, я, конечно, тронута твоей заботой, но я не твоя будущая жена, - он смотрит на меня и, немного смутившись, говорит:
-Пока что, - он отпивает варево из кружки и смотрит прямо мне в глаза, а я … и смеяться хочется и плакать и пальцем у виска покрутить. Докатилась, называется! Он меня соблазнить пытается?
Пока я в полном шоке смотрела на мальчонку, за его спиной появилась тень, а потом я почувствовала укол и провалилась во тьму.
В гуле заполненной таверны никто и не заметил, как два человека пропали где-то в темных переулках.
27
(теса Мирабет Весо)
Сидим мы с таном связанные, а напротив нас стоит огромный стол с какой-т едой и мужики алкоголем заливаются. На нас внимание обращают только, когда вспоминают о деньгах и каком-то задание. Если обо мне говорят, как о выкупе, то Кейла называют заказом и трупом. Весело! Ладно, он из королевской семьи и там интриг полно, но я-то вообще не из той цепи! Смирненько посижу и подожду развязку событий.
В комнату заходит какой-то жутко волосатый мужик и резко бухает по столу рукой, так что у меня мочевой пузырь наполнился.
-Не бойся, Мира, - тихо шепчет за моей спиной Кейл, а я … глупо улыбаюсь. У меня все еще последствия шока не прошли.
Как меня, владельца айзака, смогли так легко поймать? Почему меня никто о нападении не предупредил? Орил ведь всегда все держит под контролем. А почему Гера до сих пор не нашел меня по запаху? Он ведь мой личный телохранитель. Или он с Горией отношения налаживает?
-Бартюк, давай мальчишку порешим, а девку за выкуп … - гогочут в толпе немытых и не чищенных.
-Неа, девку в наложницы продадим. Вишь у нее космы блестючии, наверняка неплохо заработаем.
-Слышь, пень обросший, ты мои косы не тронь, свою-то растительность продать не хочешь? – Послышался резкий голос, и толпа в полном молчании повернулась в сторону пленников. – Собрал возле себя собак блудливых и мнишь себя королем? А о пленниках позаботиться? Твой товар по нужде хочет, а ты лясы точишь!
Бартюк смотрел на девку и не мог понять – это разве высокородная? Говорит ведь не как культурная, глаза не прячет и страха в ней нет, лишь голубой взгляд в котором блестят угрожающие огоньки. Девичьи губы изгибаются в ироничной улыбке, а весь ее образ будто преображается и таит в себе угрозу.
-Мирабет, не паникуй. За нами все время следили солдаты короля … - спокойно говорит паренек.
-Эти? – на стол падают мечи с гравировкой королевской стражи.
-Так, все – я писать хочу, - замотала головой девушка, а потом, посмотрев на Бартюка, выкрикнула: - Орил!
Путы с пленников упали, а в руках девушки появился тонкий меч. Его голубое сияние на секунду ослепило, в это время послышался слабый звон тонкий иголочек, а потом …
В грудь предводителя уперся острый край меча, а пленница смотрела в глаза разбойника …
-Поиграем еще или оставим, так как есть? – Тихо шепнул женский голос. Пленница запрыгала на одной ножке и страдальческим голосом спросила: - Где тут туалет?